Тени сгущаются над головой Гвиндена и Фурии. Поиски пропавшего брата вождя и загадочного кукловода, намеренного уничтожить Дом Эвер'харн. Количество вопросов к их погружению в Виашерон нарастает, но ответы искать некогда. Беги и сражайся….
Фурия
Позавтракав, Фурия сразу завела разговор с трактирщиком по интересующей её теме. Гардрик не упирался. Да, пару лет назад кучка орков остановилась в его заведении. Да, поутру их нашла в номере уборщица. Долго рыдала и отказывалась выполнять работу. Так напугали её скрюченные тела и искривлённые в посмертном спазме лица.
Главарь орков пропал. Нет, он не видел и не слышал ничего подозрительного. Это Аскеш, здесь у каждого что-то на уме, а в любом поступке скрывается двойное, а иногда и тройное дно.
Номер? Пришлось заколотить. Слухи поползли, что клиентов пустили под нож, и в нём никто не хотел останавливаться. Подумывает уже снова его вывести в актив. Держи ключ, на здоровье. Всё равно его уже вдоль и поперёк осмотрели остроухие уроды.
Уборщица? А куда она денется, это ж его племянница. У дуэргаров рынок труда в Аскеше маленький, как милосердие дроу. Всё через семью, да по знакомым. Морика сейчас на втором этаже убирает за очередным постояльцем номер. Только она глухая, как пень. Переболела в детстве чем-то. По губам читать умеет. Если не спешить, можно спокойно беседу вести.
Долгий путь домой
Поднявшись по лестнице, орчанка действительно отыскала низенькую коренастую девушку в одной из комнат. Та возила тряпкой по полу и полностью сфокусировалась на процессе. Почувствовав руку на плече, она обернулась и с настороженностью посмотрела на Фурию.
— Твой дядя сказал, что ты видела однажды тела убитых орков в соседнем номере. Можешь рассказать подробнее?
Служанка разгладила юбку, словно собираясь с духом и ответила слегка гундосым голосом, немного проглатывая буквы:
— Я перепугалась тогда до смерти. Делала утренний обход, когда заметила, что из-под двери идёт резкий и неприятный запах. Решила, что постояльцы опять что-то учудили. Не представляете, что мне приходится отмывать со стен и полов в нашем трактире, — слабо улыбнулась Морика.
— Переступила через порог и… закричала. Мне до сих пор иногда снятся эти тела. Они лежали в разных углах комнаты. Все такие скорченные, на лица страшно посмотреть!
— Видела ли ты какую-то еду в комнате?
— Нет. Мне кажется, они спали, когда их убили.
— На двери следы взлома или разбитый замок?
— Нет. Более того, дверь была закрыта. Пришлось брать второй ключ у дяди, чтобы её открыть.
— Окно?
— Ставни нараспашку.
— Постарайся вспомнить что-нибудь ещё. Что-то необычное? Малозначительное на первый взгляд.
Служанка помялась и вздохнула.
— Накануне ночью я шла в уборную и видела на другой стороне улицы жрицу Старшего Дома.
— С чего ты решила? Знаешь её лично?
— Нет, она была закутана в плащ, но… Понимаете, когда живешь так же долго в Аскеше, как и я, начинаешь распознавать положение всех встреченных по тому, как они ведут себя. Особенно, когда зрение — это почти всё, что у тебя есть. Внимательность очень важна, ежели хочешь голову сохранить на плечах.
— Та эльфийка хоть и хотела скрыть свой облик, но держалась слишком важно: голова высоко подняты, плечи слишком расправлены. Простолюдины так не ходят. Я больше скажу, даже члены семей Младших Домов так не ходят. Им тоже приходится гнуть спину перед Старшими Домами. У них спеси поменьше во взгляде и походке. А этой, словно весь мир нипочём. Как у нас говорят, в потухшем горне металл расплавит. Вдобавок плащ шибко богатый, с прострочкой. Жрица! Каваджи мне свидетель, я знаю, о чём говорю.
— Ты другим рассказала об этом?
