Понятия не имею, как менеджерам вроде Мэтта это удается — выглядеть такими бодрыми и свежими, когда вчера он пил вместе с нами до двух часов ночи. У меня под глазами мешки размером с чемодан, а этот парень словно поднялся на рассвете и уже успел полноценно потренироваться в спортзале. Когда я спускаюсь в столовую, он сидит за накрытым к завтраку столом и пьет кофе с женщиной, которой я раньше не видел.
При виде меня Мэтт встает.
— Адам! Вот и вы. Надеюсь, вы хорошо спали? — Он указывает рукой на стол. — Прошу, садитесь и позавтракайте, прежде чем мы отправимся, спешки нет… О, и вы же еще не встречались с Реа, правда? Реа, это Адам, Адам — Реа.
Наверное, жена Хьюго. Привлекательная, но старше, чем я ожидал. Наверное, всего на пару лет моложе Хьюго, и на полтора десятилетия старше Кэсс. Она поднимает глаза и кивает мне, а потом отодвигает свой стул и промокает губы белоснежной салфеткой.
— Надеюсь, вам уже лучше? — спрашиваю я.
Реа коротко улыбается.
— Да-да, спасибо. Думаю, вы меня извините — мне надо позвонить.
Я сажусь за стол, и Милли ставит передо мной кофейник и небольшой кувшинчик, вроде бы со свежевыжатым апельсиновым соком.
— Доброе утро, Адам, — говорит она. Как Мэтт, Милли выглядит свежей и отдохнувшей, хотя вряд ли спала больше пары часов. — Что вам подать на завтрак?
— Хм… даже не знаю…
— Мне хотелось еще раз извиниться за то, что случилось вчера, — мне очень жаль. Надеюсь, на вашей одежде не осталось пятен?
— Не надо извиняться, взгляните на меня! Я одеваюсь на тайском рынке. И пятно от вина погоды не сделает.
Она кивает.
— Очень любезно с вашей стороны. Я так поняла, что вы какое-то время жили за границей, поэтому… как насчет традиционного английского завтрака? Думаю, вы давно его не ели, правда?
Она склоняет голову вбок и выжидающе смотрит на меня. Эта девушка действительно потрясающе красива.
— Звучит здорово, спасибо, — отвечаю я, пытаясь подавить в себе плотские чувства. Думаю, в подобных местах ухаживать за обслуживающим персоналом не принято.
Мэтт отпивает глоток кофе.
— Что вы думаете насчет сегодняшнего? — спрашивает он. — Или это глупый вопрос?
Я вздыхаю, громче и протяжней, чем стоило бы.
— Если честно, я в полном ужасе.
Интересно, я правильно ответил? Даже не знаю. Мэтт делает еще глоток и сочувственно кивает.
— Наверняка это очень тяжело, после стольких лет, — говорит он. — Но в то же время неплохо, что ситуация получит какое-то разрешение.
Киваю:
— Да, наверное. Если честно, уже спустя пару дней после исчезновения Уилла ни у кого не осталось сомнений в его смерти, так что…
Черт! Подозреваю, что и этого мне не стоило говорить.
— А что вы помните о том происшествии? Я так понял, вы катались… с покойным… вашим братом?
Милли ставит передо мной красиво сервированный английский завтрак. Тут есть даже фасоль в томатном соусе, которую я не ел много лет. Выглядит аппетитно.
— Спасибо, смотрится потрясающе, — говорю я. Милли коротко кивает и возвращается на кухню. Я начинаю есть.
— Я мало что запомнил, — лгу я. — Погода в тот день была кошмарная, видимость на нуле. Это мне пришло в голову покататься, не ему, и этого я так себе и не простил.
Мэтт кладет свою руку поверх моей. Мне от этого некомфортно, но было бы странно ее отдернуть.
— Уверен, тут нет вашей вины, — говорит он.
Я киваю и на секунду удивляюсь, чувствуя, как к глазам подступают слезы.
— Думаю, тут вообще никто не виноват. Проводилось расследование — оно подтвердило, что это был несчастный случай, не более того.
Такова моя версия — и я буду придерживаться ее. Заталкиваю в рот кусок бекона и пытаюсь проглотить.
— Бедняга Уилл! Только теперь, став старше, я осознал, насколько он был молод, когда погиб…
— Да уж. Кошмар, — соглашается Мэтт.
Повисает задумчивая пауза; мы оба молчим, и я понимаю, что жую чересчур громко.
Мэтт отодвигает свой стул.
— Ну ладно. Поступим так: вы заканчивайте свой завтрак, а я пойду кое о чем переговорю с Милли. Вернусь в десять тридцать и повезу вас… на разные встречи. Вы не против?
Я киваю.
— Отлично. И большое вам спасибо за гостеприимство и доброту. Вы и ваши коллеги сделали все, чтобы облегчить мое положение.
— Не за что, — отвечает Мэтт. — Мы здесь живем тесным кружком, и подобные происшествия влияют на всех нас. Мы все готовы помочь, чем только сможем.
Он снова похлопывает меня по руке с сочувственной улыбкой и скрывается на кухне.
Я возвращаюсь к своему завтраку.
В десять часов Мэтт снова входит в дверь с мужчиной, который представляется Дидье Дельпоном, главой туристического центра.
