Третий сидел за своим рабочим столом, ждал пока я дойду, заранее подготовив для меня стул. Ведь лишь недавно до него дошла информация о моем состоянии. Приняв с почтением подготовленное место, я удобно разместился, убрав в сторону трость.
— Давно не виделись, Мамору. Слышал, ты пропал на три месяца. Не хочется вмешиваться в твою жизнь, но не мог бы ты потешить любопытство старика, — неожиданный разговор застал врасплох. Мне казалось тема будет о дочери главы. Если Третий хочет узнать о случившимся, тогда частично расскажу ему. Ведь правда когда-то да всплывет. Лучше пусть это будет от первоисточника, чем от второсортных прихлебателей.
— Я тоже рад нашей встречи, Третий, — я кивнул, показывая своё уважение. — Начну с того, что решил…
Поведал о востоке деревни, где бесчинствует беззаконие и убийства. Каждый считает своего соседа врагом и пытается оградиться или ещё хуже, чаще всё заканчивается убийством. Также с моей помощью раскрылось подполье, в котором делали наркотик так называемый «Синяя слеза». Я успел прочитать немало о нём, после месячного пребывания в храме. Не стал упоминать про демона, который изготавливал его из костного мозга своих жертв. Когда рассказ подошел к кульминации я замолчал на пару минут. Не выдержав тишину, слово взял Иноичи, раскритиковывая мой рассказ.
— Такого не может быть. Ты всё придумал, дабы скрыть от нас правду. Третий, позвольте мне использовать на нем технику нашего клана. Он живо всё расскажет, и тогда мы не будем тратить время. Ведь не может неподготовленный ребёнок, оказавшись в восточной части деревни, выжить, тем более расследовать в одиночку задание ранга А: «Синюю слезу», — протестовал глава клана приводя свои аргументы.
— Мамору, тебе есть что ответить? — в ожидании Хокаге улыбнулся мне. По его улыбке я понял, он прекрасно осведомлён об этом и просто захотел потешить себя, поэтому, решив не отнимать у него игрушку, я присоединился.
— Да, Хокаге, — что-то недоброе промелькнуло в моих глазах, это не понравилось главе клана. — Начнём с того, что не позволю называть себя лжецом и тем более лазить в моей голове. Ваша подопечная попыталась это сделать и всё вышло не лучшим образом для неё. Вы должны понимать, кто я и что от меня можно ожидать. Если вы не предупредили своих людей это уже не моя проблема. А что касается вашего задания «Синяя слеза»: во-первых, я могу предъявить свидетелей, которые подтвердят моё участие в нем. Например, бармен в баре «Крысиный хвост». Во-вторых, могу описать человека, заведующего этим притоном. Мне даже известно его имя. В-третьих, он может подтвердить и опознать меня. Интересующая вас информация о том, что происходило со мной семь месяцев назад — уже не вашей компетенции, глава клана Яманака, — каждое сказанное мною слово заставляло его покрыться холодным потом. Психологическое давление над ним приносило мне лишь плюсы. Когда я закончил, Хокаге рассмеялся, разгоняя нагнетающую атмосферу.
— Иноичи, а он полностью прав. Благодаря ему задание полностью можно считать выполненным. Ведь уже как больше года не находят жертв «Синей слезы». Но меня не отпускает один, но очень важный момент: откуда там столько искорёженных трупов. Ведь мы посылали туда много раз шиноби, но никак не находили ничего подобного, — задумчиво погладил свою бородку.
— Вам будет сложно поверить в это, но скажу только одно: мне пришлось пожертвовать собою, чтобы спасти вас, — собеседники это заметили, но промолчали. Иноичи держался изо всех сил, но сорвался с места и схватил меня за грудки, и приподнял на полный рост.
— Третий, я до сих пор уверен, он недоговаривает нам. Плетёт какие-то небылицы о спасении. Мне вообще кажется он симулирует. Мы должны запереть его для полного допроса, — его ярость не знала границ. Я увидел, как что-то тёмное стало собиралось за ним. Негативное чувство ко мне стало создавать из него демона. Удар по столу одёрнул шиноби, который разорвал мою рубашку, раскрывая шрам на груди.
— Иноичи! — грозно рявкнул старик и приподнялся. Глава клана принял строевую стойку. Их взгляды упали на распахнутую рубашку. — Этого раньше не было… — в голосе Третьего послышались нотки недоумения.
Я приложил руку к шраму, и мой голос исказился, стал более низким и глубоким с замогильным оттенком, пугающим. Комната неожиданно для всех окуталась мраком. Шиноби отпрыгнул от меня, закрывая собой Хокаге и встав в боевую стойку.
— Скверна… Как больно… Нужно успокоить боль… — пробубнил я, вытянув руку вперёд; глаза полностью приобрели черный окрас. Иноичи хотел действовать, но рука, оказавшаяся на плече, остудила его. Третий обошел его, сев передо мной.
— Мамору, если ты ещё меня слышишь, объясни, что за Скверну ты желаешь? — спокойно спросил, не реагируя на моё поведение. Будто это для него обыденное и видит подобное каждый день. Я старался через силу подавить боль в груди и постарался объяснить.
