Я чувствовал, что лежал на чем-то мягком, укрытый одеялом, и слышал чьи-то голоса. Я боялся и не знал, кто это и что мне делать. Их голоса не внушали мне чувства опасности, а скорее наоборот. Их голоса были полны переживания и беспокойства. И поэтому, слегка покрутившись, я решил, что нужно встать и увидеть их самому. Открыв глаза, я увидел двух существ. Они пристально смотрели на меня, и можно было заметить, что они были чем-то взволнованы.
— Ты меня видишь? — спросил мальчик. Ростом ниже меня, с прямыми седыми волосами. Он одет в белый халат, на голове его была соломенная шляпа. Всё бы ничего, но меня смутило его лицо. Нет, он не был уродом, губы, нос, уши, глаза — всё как у людей. Но вместо привычных двух глаз, у него был один большой. Циклоп внимательно пялился на меня, ожидая моего ответа. А рядом с ним находилась та самая белая сова.
— Да, — неуверенно сказал я, не сводя с них взгляда, внимательно рассматривая их.
— Как ты себя чувствуешь? — взял слово филин, приложив своё крыло к моему лбу.
— Да всё в порядке. Только голова болит, и в теле какое-то странное ощущение, — ответил я.– Кто вы? Где я нахожусь? Почему я всё ещё жив? И где де…– на этом слове голову пронзила острая боль. Схватившись за неё, я скорчился на футоне. Резкие воспоминание стали появляться яркой картинкой и воспроизводить все те чувства, что я испытывал там, на улице. Страх, ужас, боль, отвращение на самого себя, злость, что не могу защититься. Все чувства смешались в огромный коктейль и заставили голову принять как действительность.
— Мона-сан, — произнес циклоп.
Филин взмахнул крыльями, и яркая белая тень окутала меня. Боль прошлого стала отходить назад. Воспоминания меркли, и я возвращался обратно в реальность. Голова пришла в норму, и разум вместе с ней. Я почувствовал легкость и свободу, будто с меня сняли огромный груз прошлого. Более того, я не считал свою тётю чем-то опасным для себя. А, наоборот, мне стало очень жаль её. Ей приходилось многое пережить в своей жизни. Потеряла родную сестру, любимую племянницу и, самое главное, — свою первую любовь. Лишь я остался воспоминанием о моём отце, и ей это не нравилось. Из-за этого она и отыгрывалась на мне, припоминая все свои душевные раны.
— Малец, не дёргайся так. Я облегчил твою боль. Но она может вернуться, и тебе придётся быть наготове, чтобы справиться с ней, — предупредил меня филин, приземляясь на пол.
— Мона-сан, может, позовём господина? Он сможет всё ему объяснить, — предложил циклоп, обращаясь к филину.
— Рокура, сколько тебе раз говорить, нельзя отвлекать нашего господина по пустякам! Ты прекрасно знаешь, что сейчас он очень устал и ему нужен покой. С нашим гостем и мы сами сможем справиться.
— Как это понять, справиться? — я заволновался из-за последних слов.– Что вы собираетесь со мной сделать? — с каждой секундой я нервничал всё больше, и сердцебиение учащалось.– Где я? Кто вы?
— Чёрт, снова… - филин приготовился пустить белую тень. Но голос сзади остановил его.
— Стой, Мона, — голос был твёрдый и внушительный. Филин знал кто это и оглянулся.
— Гурен, что ты тут делаешь?
— Гурен-сан, — произнёс циклоп и сразу поклонился.
Я в это время обнял ноги, нервно озираясь по сторонам. Из ниоткуда, в виде белой дымки, материализовалось нечто, похожее на лису, но с мордой кролика. Оно приближался ко мне, и с каждым шагом, как ни странно, я чувствовал лишь всё нарастающее спокойствие. Дрожь в руках и ногах пропала, пульс пришёл в норму. От этого странного зверька не исходило никакой опасности. Наоборот, я почувствовал что-то родное с ним. Словно нашёл вторую половинку своей души, когда-то потерявшуюся в этом мире. Сейчас этот зверёк был моим спасательным кругом. Не думая, я схватил его за шею и прижал к себе. Зверёк поначалу стал сопротивляться, через секунду остановился и позволил себя обнимать.
— Гурен, мне кажется, у вас всё-таки чистая связь. Видишь, как малец успокоился и привязался, лишь увидев тебя.
— Заткнись, — процедил сквозь зубы Гурен. Лёгкое поглаживание по голове застало его врасплох. У него нервно дёрнулся глаз. Рядом с ним я чувствовал себя под защитой. Если отпущу, то это чувство снова вернётся ко мне. Имя этого зверька я запомнил. Как-то филин проговорился про него.
— Гурен, прошу не уходи…- сквозь слёзы, уткнувшись в его холку, пробубнил я.
Гурен запрокинул голову назад и взглянул на меня. Он смотрел на мои красные заплаканные глаза. Его глаза цвета крови очаровывали меня. Будто пламя огня играло в них. Я отпустил его, позволив ему расположиться рядом со мной поудобнее.
— Слушай, Мамору, ты знаешь, кто я такой? — обратился он ко мне, как брат обращается к брату.
— Нет…- покачал я головой. Но сам подсознательно чувствовал, что где-то видел его, но где? никак не мог вспомнить. Черты тела, мордочки, даже окрас — все эти подсказки не позволяли мне вспомнить его.
