Проржавевшие металлические стены, огромные ржавые трубы. Одним словом — огромный подземный коллектор, в середине которого возведён металлический мост, ведущий к арке, в чьих недрах скрывалось множество загадок. У арки стоял старый, худощавого телосложения и среднего роста, мужчина. Лицо немного овальное, испещренное боевыми шрамами и морщинами. Нос немного выпуклый, губы поджаты. Правый глаз, как и лоб, обмотаны белым бинтом. На макушке торчат черные засаленные пряди волос. На подбородке перечеркнутый крест. Сверху накинута белая рубашка, которая крепится на поясе тонкой лентой, перевязанной спереди. Имеют длинные рукава, свисают с запястья как мантия. Стандартные штаны длинные и черные, доходят до обуви. Обувь же черного цвета и имеет стандарты шиноби по моде. Поверх мантии носит черную накидку на правую сторону, перевязанную множеством ремней на поясе. На ней покоится правая рука.
К нему присоединился незнакомец в черной накидке с маской на лице.
— Я прибыл, господин.
— Докладывай, — спокойно произнёс он, облокотившись на трость.
— Информация подтвердилась. В нашей деревне появился субъект, так называемый оммедзи. Это подтвердил сам Третий.
— Оммедзи… — повторил он, словно пробуя на вкус. — Покорители духов, самые таинственные люди. Появляются неожиданно, когда их не ждали, так и исчезают. Никому ещё не удавалось разгадать их природу чакры. Даже их техника отличается от нашей по всем параметрам. Это может навредить деревне. Мы должны убрать его, как можно скорее, — рассуждал про себя старик, холодно посмотрев на подчинённого.
— У нас будут проблемы…
— О чём ты?
— За объектом ведётся пристальное наблюдение. Нам будет затруднительно провести операцию скрытно. Сам Третий приказал наблюдать за ним и всячески помогать.
— Глупец, если он хочет играть с огнём, пускай идёт в песочницу. Он совсем не дружит с головой, оставляя этого мальчика на свободе. Ещё та дурочка со зверем внутри. Деревня всё больше притягивает к себе всякий аномальный сброд. Если так пойдёт и дальше, боюсь деньки деревни будут сочтены, — тут он замолчал, задумавшись.
— Господин, я готов выполнить любой ваш приказ. Даже убить его ценой своей жизни, ради спасения нашей деревни, — поклонившись, он был готов ринуться в бой.
— Хвалю за твою целеустремлённость. У меня поменялись планы. Отправляйся обратно и следи за ним. Если его действия буду угрожать деревне — даю добро на уничтожение. А до тех пор не вмешивайся. Этот мальчик может хорошо послужить нашей организации, — хладнокровно проговорил он.
— Слушаюсь, господин, — он исчез так же, как и появился.
Шимура Данзо холодной походкой развернулся к арке и вошел в темные чертоги. В его голове стали зарождаться новые мысли о будущем деревни.
***
— Мамору, мы долго обдумывали это решение и пришли к единому мнению. Мы хотели бы стать твоими хранителями, — заявили они мне с дружной улыбкой.
— Вы в этом уверены? Иккира? Хирами? Нодзоми? Я польщен, но не поймите меня неправильно. Ведь став хранителями, вы более не сможете быть свободными, как сейчас. Вы полностью отдаёте свою судьбу мне. Вы будете беспрекословно подчиняться и не смеете ослушаться меня. Если я вам прикажу убивать, вам придётся забыть ваши моральные принципы и начать без какой-либо жалости уничтожать. Вы согласны на это? — честно, я не хотел скрывать всю правду от этих Камаитачи. Ведь они первые духи этого мира, что доверились мне. Если выяснится, что я их обманул, не знаю, что может произойти. Не хочется мне терять таких близких по душе мне Ёкаев.
— Мы верим тебе, Мамору, и знаем, ты не такой. Договор этому пример. Я, Иккира, дух ветров и неба, полностью дарую свою судьбу этому шаману.
— Я, Нодзоми, дух ветров и неба, полностью дарую свою судью шаману Мамору.
— Я… Хирами… — она запнулась, робко посмотрев на меня. — Дух ветров…. и небес… присягаю к тебе… теперь моя судьба в твоих руках.
У каждого из них на плечах загорелись символы, вырисовывая их истинные имена. «Иккираманасу». «Надораи». «Хиранера». Теперь три Ёкая отдали свои судьбы мне, показав свои имена. Храм озарил ореол света, множество искр разлетались в разные стороны. Из-за этого феномена я почувствовал себя очень странно. Нет, не в плохом смысле этого слова. Ощущение было такое, будто в пустую бочку залили немного воды. Из-за этого она могла удержаться на своем месте при качке. Также и со мной, только немного по-другому. Я чувствовал прилив сил, что теперь смогу продержаться чуть дольше в бою. Плюс, я не заметил, как без какой-либо печати или концентрации, общаюсь с духами.
Ореол всё также продолжал светиться над храмом. Имена Камаитачи на нем сверкнули и стали двигаться. Яркая вспышка, после чего ореол исчез, вернув первобытную реальность. Этот феномен меня немного напугал. Я за весь процесс ни разу не пошевелился, боясь за себя. Ведь я многое ещё не знаю об этом мире и рисковать своей последней жизнью не хочется.
— Мамору, ты это видел?! — с восхищением произнесла Нодзоми, облетая меня и храм.
