Я удивился, если честно. Не каждый способен узнать, кому принадлежит голос, записанный на диктофоне... Кофе князя давно остыл, но Аркадия Борисовича это абсолютно не смутило – князь Волконский осушил свою чашку одним мощным глотком. После молча взял со стола графин с коньяком, одним махом накрыл дно пузатого бокала янтарем, вернул бутылку на столик, снова одним глотком осушил бокал, повторил процедуру с коньяком, и лишь после второго бокала откинулся на кресло и гаркнул луженой глоткой отставного генерала:
-ШУРА!!!
В одну секунду дверь кабинета открылась, и на пороге появился тот же парень, что принес нам кофе.
- Кофе повторить! Посуду и десерты убрать! Вызвать ко мне Олега Константиновича немедленно! Всей службе безопасности рода и главам вассальных родов объявить боевую готовность номер один! Требую от каждого в течение часа прибыть ко мне на совещание! И Максимка, который связист, должен быть здесь через минуту! Мне срочно нужен канал связи на этой адской машине! – Князь указал на радиостанцию в камуфлированном рюкзаке, стоявшую перед нами.
Люблю, когда план сходится…
* * * * *
ВТОРАЯ ВЫКЛАДКА:
Князь Кобылин примчался в Кремль без приглашения. В такое неспокойное время, как сейчас, за подобные самовольные решения можно было попасть в опальную немилость императора, а то и уехать в ссылку куда-нибудь в Сибирь или на Дальний Восток, зная вспыльчивый характер Императора Всероссийского. Но князя спасало то, какую информацию ему передали подчиненные.
А все дело было в том, что в Столичное управление Тайного Приказа прибыл княжич Юсупов Роман Тимофеевич и накатал донос на князя Юсупова, обвиняя отца в связях с британцами, а тех, в свою очередь, в появлении болезни, а именно британского посла виконта Грегори Августа Белейна! Этого скользкого типа они не могли поймать за его длинный хвост больше десяти лет! И тут такой шанс! И посол сидит в своем посольстве, носа своего не высовывает на улицы столицы! Такой шанс нельзя упускать! Для начала операции Главе Тайного Приказа нужна была только санкция императора! Наследник выдал весь расклад, уповая на милость императора, что он простит род, чей глава «впервые оступился, совершив преступление против империи», так как сам род верен монарху. Верил ли в его слова царский постельничий? Да никогда!
Кобылин съел ни одну собаку на шпионских играх, особенно в вопросах контрразведки, все-таки именно в этом крыле Приказа они с Волковым начинали свою службу когда-то… Но тот факт, что сейчас у них есть реальный шанс взять британца за мягкое место и побеседовать с применением старых дедовских методов, на манер старого доброго ректального термометра… Кровожадность Кобылина иногда не имела границ…
Кобылин наконец-то добрался до дверей личного рабочего кабинета императора и остановился, стараясь отдышаться, перед парой крепких парней из дворцовой «охранки»:
- Князь Кобылин к императору!
Двое караульных переглянулись между собой, явно не понимая причины прибытия князя. Один из них, что стоял по правую руку Главы Тайного Приказа, даже достал небольшой планшет с закрепленными листами, просмотрел их, после чего перевел взгляд на князя:
- Простите, Ваша Светлость, но у вас сегодня нет аудиенции у Его Императорского Величества.
- У меня дело, не терпящее отлагательств! Прошу вас, господа, немедленно доложить императору о том, что я настаиваю на немедленной аудиенции. Быстро! – Рыкнул Кобылин.
Бойцы «охранки» снова переглянулись. Один пожал плечами, второй кивнул на двери кабинета, и первый, трижды постучав, вошел внутрь. Спустя минуту боец вышел из кабинета и кивнул Владимиру Алексеевичу:
- Вы можете войти, Ваша Светлость, но прошу вас не говорить с порога. В настоящее время Его Императорское Величество разговаривает по спецсвязи.
Кобылин благодарно кивнул караульным и вошел в кабинет.
Внутри он увидел императора, сидящего к нему в пол оборота, за рабочим столом, на котором стояла последняя разработка для армии: переносная радиостанция «Эльбрус» с закрытыми каналами связи и усиленным диапазоном работы за счет применения мифрила в схемах данного устройства. Данная радиостанция весила около двенадцати килограмм, в комплекте имела четыре антенны и рюкзак в расцветке лесного камуфляжа.
Рядом с императором в кресле сидел его брат, Михаил Васильевич. Великий Князь кинул взгляд на Главу Тайного Приказа, кивком поздоровавшись, и указал взглядом на соседнее кресло рядом с собой.
Князь занял указанное место и молча стал дожидаться, пока император закончит разговор. Спустя десять минут император наконец начал говорить:
- Я понял тебя, Аркадий Борисович, можешь действовать. Считай, что мое дозволение ты получил. Соответствующие бумаги будут подготовлены в кратчайшие сроки, ноту протеста мы выразим. Жду от тебя хороших новостей.
