В бистро сидели элегантно одетые люди. Стенки кабинок были сделаны из стекла с нанесенным на него матовым рисунком и обрамлены полированной латунью. На каждом столе красовался великолепный букет. В зеркалах, которыми были увешаны все стены, отражались радостные, смеющиеся лица. Все выглядело совершенно нормальным, но при этом - абсолютно абсурдным. Я неподвижно застыла на своей скамейке, зачехленной красной тканью.
Наконец появился наш заказ - отварной лосось. Наливая в тарелку пикантный соус из серебряной соусницы, я тут же отчетливо вспомнила картонную коробку, покрытую запекшейся кровью.
- Что с тобой происходит? - спросила Каролин.
- Каролин, а ты не хочешь отправиться со мной в Канаду? Конечно, это не Рио, но мы бы могли остановиться в одной маленькой хижине. Удобств никаких, но зато полная свобода.
Она заказала еще одну порцию мартини.
- Красивые мужчины?
- Ну конечно, полно холостяков, - тут же ответила я, вспоминая о двух индейцах, наблюдавших за тем, как я меняла шину.
- Спасибо за предложение, но думаю, что на сей раз остановлю свой выбор на Гавайях. Канада кажется мне немного суровой.
- Мне снова стали сниться ужасные сны, - решила я сменить тему.
- Я ничуть не удивлена! Ты ненормальная, чего ты еще ожидала после того, как пообщалась с этими дикарями?
- Они не дикари. Они просто иные. Иные люди, ведущие иную жизнь.
- Иные? Это точно! Будят тебя посреди ночи и пугают до смерти. Надо же! Потом еще хотят, чтобы ты что-то там украла.
- Но ведь другого способа получить корзинку не существует, - произнесла я в надежде на поддержку. - К тому же это не воровство, а вид учебы, - я покругила в пальцах сережку из оленьего рога и бирюзы.
Учись, учись! Мало тебе твоих корзинок? Почему бы не подумать о том, чтобы начать коллекционировать набедренные повязки или какую-нибудь другую экзотику?
Из ресторана мы отправились в Краеведческий музей, чтобы посмотреть новую африканскую экспозицию. Мы прибыли туда за час до закрытия. Среди покоя и безмолвия масок Берега Слоновой Кости я почувствовала себя лучше.
- Погляди-ка на эту, - сказала Каролин.
Я подняла глаза на безмятежную маску молодой женщины, одну из тех, которыми пользовались
Резная фигура из нигерийской дельты изображала воина с трещоткой и ритуальной чашей в руках, восседающего на спине страшного клыкастого существа. Чудовище, на котором он ехал верхом, являлось проекцией его собственного боевого искусства. Я вспомнила Юго-Западную Нигерию, где многие племена поклонялись правой руке, то есть руке, символизирующей способности воина. И тут же вспомнила о трещотке, висящей на стене в хижине Агнес.
Вдруг я поняла, что стараюсь представить себе, каков собой Рыжий Пес. Эти чудовищные примитивные фигуры спровоцировали во мне поток мыслей. Я надеялась, что никогда не увижу Рыжего Пса во плоти.
В конце выставки стояла фигурка, которая мне очень понравилась. На ручке веера было вырезано божество, олицетворяющее две сущности в едином теле. Я медленно провела пальцем по древнему дереву.
- Надеюсь, ты не отождествляешь себя с этим? - спросила я Каролин.
- В отличие от тебя, нет. Мы обе засмеялись.
- Что ж, поехали домой? - сказали мы в один голос. Позже, уже дома, я свернулась клубочком у камина в обнимку с моей собакой Коной и «Снежным барсом» Питера Маттхиессена. Комната была уютной и теплой, и у меня почти не было сил, чтобы пошевелиться.
Вдруг я села, глядя прямо в огонь. Моя рука легла на телефон. Как мне хотелось набрать номер и поговорить с Агнес! Но я знала, что для этого нужно отправиться в Манитобу.
Мои глаза остановились на нескольких шаманских
Я взяла с полки книгу и открыла ее на своем любимом месте:
