Шандор Ференци полностью

<…> Анализ не может считаться завершенным, по крайней мере с теоретической точки зрения, если в нем не удалось добыть мнестический травматический материал. И по мере того как подтверждается эта гипотеза, основывающаяся, как я уже сказал, на опыте, полученном терапией «релаксации», эвристическое значение техники, измененной таким образом, также заметно растет в теоретическом плане. После того как я уделил все должное внимание фантазматической деятельности как патогенному фактору, в последнее время мне пришлось все чаще заниматься самим патогенным травматизмом. Оказалось, что травматизм гораздо реже является результатом конституциональной, или врожденной гиперчувствительности детей, которые могут реагировать невротически даже на обычные и неизбежные дозы неприятностей, нежели результатом действительно неадекватного, даже жестокого, лечения. Истерические фантазии не обманывают, говоря нам о том, как далеко родители и другие взрослые заходят в своих эротических страстях по отношению к детям и как, с другой стороны, если ребенок полубессознательно втягивается в эту игру, подвергают детей строгим наказаниям и угрожают им, что волнует и потрясает ребенка, оказывает на него шокирующий эффект и остается для него абсолютно непонятным. В настоящее время я вновь склонен придавать, наряду с эдиповым комплексом детей, большее значение инцестуозной тенденции взрослых, вытесненной и подаваемой под маской нежности. С другой стороны, я не могу отрицать, что готовность детей отвечать генитальному эротизму проявляется намного сильнее и раньше, чем мы привыкли думать. Возможно, большая часть извращений у детей не означает простой фиксации на предыдущем этапе, а объясняется регрессией к этапу, имеющему корни в ранней генитальной стадии. В некоторых случаях травма наказания причиняет ребенку боль прямо в момент эротического действия и рискует вызвать стойкое расстройство того, что Райх называет «способностью к оргазму». Но ребенок испытывает такой же страх тогда, когда его генитальные ощущения форсируются преждевременно, ибо то, чего реально хочет ребенок, даже касательно сексуальных аспектов, — это лишь игра и нежность, а не неистовое проявление страсти.

В то же время мы удостоверились, что лечение методом неокатарсиса дает материал для размышления и в другом плане. Оно позволяет нам получить представление о психическом процессе с момента первичного травматического вытеснения и увидеть саму природу вытеснения. Похоже, первой реакцией на шок всегда является скоротечный психоз, то есть разрыв с реальностью, с одной стороны — в форме негативной галлюцинации (потеря сознания или истерический обморок, головокружение), с другой стороны — часто в форме позитивной незамедлительной галлюцинаторной компенсации, создающей иллюзию удовольствия. Во всех случаях невротической амнезии, возможно также и при текущей детской амнезии, речь может идти о психическом расщеплении личности под воздействием шока, но эта отщепленная часть тайно выживает и старается проявить себя, не находя другого выхода, как, скажем, в виде невротических симптомов. <…>

Иногда, как я уже отметил, нам удается установить прямой контакт с вытесненной частью личности и вовлечь ее в то, что я назвал бы инфантильным превращением. При релаксации истерические телесные симптомы иногда возвращали к стадиям развития, на которых, вследствие неполной сформированности органа мышления, регистрировались лишь физические воспоминания. <…>

Я также констатировал, что вытесненная ненависть являлась средством фиксации и присоединения более сильным, чем откровенная нежность. Это то, что с предельной ясностью удалось выразить пациентке, доверие которой я сумел завоевать с помощью гибкой техники лишь к концу двух лет тяжелой борьбы с ее сопротивлением. <…> Пока она идентифицировала меня со своими жестокосердными родителями, пациентка постоянно демонстрировала свои вызывающие реакции, а когда я перестал давать ей к этому повод, она стала отличать настоящее от прошлого и после нескольких эмоциональных всплесков истерического характера начала вспоминать психические потрясения, которые ей пришлось претерпеть в детстве. Схожесть аналитической ситуации с инфантильной подталкивает, таким образом, скорее к повторению, а контраст между ними способствует воспоминанию.