— Я знаю, что вы муж и жена! — И, расхрабрившись, продолжил: — Я знаю также, сэр, что в вашей жизни произошло нечто ужасное и что вы раб Траерна. — Он указал пальцем на решетку в стене и объяснил: — Это отдушина, через которую можно слышать все, о чем говорят в комнате. Она позволяет слугам точно знать, могут ли они войти. Это придумал капитан Пелье, сэр. Он не любил, когда его тревожили в неподходящий момент.
Покрасневшая Шанна подумала с надеждой, что, может быть, гроза скрыла от чужих ушей их страстные речи.
— Я хочу предложить вам кое-что, — продолжал слуга. — Думаю, что мое предложение честнее сделки с капитаном Гаррипеном. Я знаю, где проходит канал через болото. И знаю, что эта информация может стоить мне жизни.
Наступило долгое молчание. Гэтлье снял очки и протер стекла рубахой.
— В обмен на это, — он с трудом решился назвать свою цену, — вы позволите мне и Доре бежать вместе с вами.
Он снова водворил очки на нос и молча посмотрел на своих хозяев. Рюарк никогда не думал, что этот человек способен на такое. Он был удивлен.
— Почему ты решил, что мы хотим бежать? — спросил он.
— Вам придется бежать в любом случае. Вчера, перед штормом, вернулся шлюп с Лос-Камельоса. У его берегов «Красавицу» чуть не потопил корабль, из-под огня которого ей едва удалось уйти.
— Бригантина! — рассмеялся Рюарк.
— Это «Хэмпстед»! — согласилась с ним Шанна. — Но, разумеется, не фрегат.
— Не важно, что это было за судно, — проговорил Гэтлье. — Как бы то ни было, пираты потеряли нескольких человек, и теперь у них возникли сомнения на ваш счет. Я уже не говорю о судьбе леди.
Рюарк надолго задумался. Наконец он поднял глаза на Гэтлье.
— Ты прав. — Рюарк повернулся к Шанне. — Мы должны бежать при первой же возможности.
Гэтлье в волнении придвинул стул и уселся. Наклонившись к Рюарку, он заговорил снова:
— При западном ветре канал опасен, но после шторма обычно дует северный, и в течение суток там становится тихо. Лучше всего воспользоваться именно этим моментом, чтобы вчетвером провести шхуну по каналу.
— Надо все как следует обдумать. — На лице Рюарка отразилась тревога. — Приходи, когда стемнеет. Не исключено, что придется бежать именно во время шторма.
— Так вы возьмете Дору? — снова спросил Гэтлье.
— Ну конечно! — уверил его Рюарк. — Не оставлять же здесь беззащитную девушку!
— Я приду, когда совсем стемнеет или раньше, если утихнет шторм. Пойду, скажу Доре, чтобы она собрала все, что нужно.
— Договорились!
Над островом бушевал ураган. Болото поглощало энергию штормовых волн, благодаря чему песчаная дюна оставалась нетронутой. Пристанище пиратов, с его толстыми стенами и тяжелой крышей, прикрытое холмом, было надежным убежищем для его обитателей. Дубовая дверь хорошо защищала Рюарка и Шанну от рвавшихся к ним грязных скотов, перепившихся по случаю непогоды и собравшихся внизу, в общей зале. Несколько раз в этот вечер пираты поднимались по лестнице и стучали кулаками в дверь, требуя, чтобы Рюарк привел к ним пленницу.
Их рвение охлаждало лишь воспоминание об остро заточенной сабле, и, в конце концов, они отступили, бормоча угрозы и ругательства. Среди них так и не нашлось храбреца, который отважился бы помериться силами с Рюарком.
Шли долгие часы. Сгустились сумерки. Непрестанно стучал ставнями ветер. Наконец в дверь постучал Гэтлье. Он принес ужин, а также большой саквояж, который тут же с гордостью открыл: там лежала веревочная лестница. Уходя, он остановился на пороге с озабоченным видом.
— Доре пришлось спрятаться в конторе от Гаррипена и его друзей, — проговорил он. — Кармелита хорошо накормила и напоила бандитов и даже позволила кое-кому из них и другое развлечение, но она давно уже им надоела, они ищут чего-нибудь новенького.
По мере приближения ночи нервное напряжение Рюарка росло. Он расхаживал по комнате, проверял свои пистолеты, пробовал пальцем лезвие сабли. Ураган понемногу начал стихать. Дождь превратился в туман. Кто-то тихо постучал в дверь. Рюарк впустил Гэтлье и, озабоченно посмотрев на него, сказал:
— Боюсь, как бы нам не пришлось отложить нашу затею. Пираты что-то притихли. Это мне совсем не нравится.
С лица Гэтлье не сходила улыбка.
— Они просто перепились. Уставшая от них Кармелита напоила их самым крепким ромом, и они оклемаются не раньше, как через несколько часов.
Рюарк вышел из комнаты, чтобы убедиться во всем самому. Общая зала была освещена лишь огарками свечей. В самых причудливых позах здесь и там валялись без чувств пьяные пираты. Во всю мочь храпел упавший животом на стол Мазер. Рюарк вернулся в комнату, закрыл за собой дверь и придвинул к ней массивный комод. По его знаку Гэтлье надежно привязал лестницу к железной раме окна, и она опустилась вниз. Теперь Шанне не оставалось ничего другого, как ждать. Она подняла с пола безрукавку Рюарка, которая теперь принадлежала ей, Шанне, но еще хранила его запах. Шанна прижалась щекой к мягкой коже.