Летняя подработка в Магической академии — это легкие деньги, столичные развлечения и возможность забыть того, кто имел наглость разбить мне сердце. Я рискнула — и поверила, что справлюсь. Прошлое отпустило, жизнь наладилась, появились мечты! Так почему же впереди маячат зловещие Драконьи горы, а я вынуждена искать убийцу среди… «убийц»?Судьба не жаловала моих подопечных. Для магов они — пустое место, люди боятся их пуще огня. Но даже изгои имеют право на шанс… И право навеки распрощаться с Академией!А как поступить тому, у кого руки замараны кровью?..
Атайя Мерлейн Реджиневра Тавеннская… Я ведь искренне верила, что больше никогда не услышу это имя! Здесь, в Подлесье, предрассудки особенно сильны, поэтому Тавенна, опаленная дыханием ненавистного Черного Дракона, стала запретной темой. О ней не говорят по вечерам, но если кому-то хочется почесать языком, выражение «тот город» прекрасно заменяет пугающее название.
Я выросла в Тавенне. Я любила ее так же сильно, как и ненавидела. А еще я ни при каких обстоятельствах не собиралась туда возвращаться.
Мне нравилась нынешняя жизнь. За мной не охотились, меня не предавали, мое будущее принадлежало только мне. Родной дом, обожаемое занятие, любимый челов… То есть нет, с последним пунктом дела сейчас обстояли не ахти. Ну и что с того? Я жила, припеваючи, и не вспоминала ни о потрепанной драконом Тавенне, ни об ее обитателях.
Так какого же лешего на окраине подлеского городишка прозвучало имя, принадлежавшее мне целых восемнадцать лет?!
«Снова прозвучало», — мелькнула неприятная мысль. Да, год назад кое-кто тоже начал рассуждать о тавеннской княжне, и это спровоцировало немало бед… Или свершений — тут уж с какой стороны посмотреть.
Но меня больше не интересовали путешествия. Я… Боги, неужто я превратилась в домоседку?!
— …а-а-я… е-ей… е-е-а… а-а-а! — услужливое эхо не уставало разносить отголоски незнакомого голоса.
Мне захотелось выйти из-за высокого (в полтора человеческих роста) забора, окружавшего мой недавно отремонтированный дом, и посмотреть на наглеца, осмелившегося орать во всю глотку в жилом квартале.
Громыхнули ворота расположенной рядом усадьбы.
— Пасть закрой, недоумок! Ребенок уснул! Вали отсюда! — хриплый шепот недовольного соседа звучал гораздо четче завываний неведомого крикуна. — Куда?! Тебя еще и отправить надо? Да без проблем! — поток витиеватых ругательств пронесся по успевшей отойти ко сну улице, и в окнах нескольких домов вспыхнул свет. — Адресок записать? Или направление пинком показать?!
Я подавила смешок и повернулась к своему крыльцу. Опыт подсказывал: если уж Кьерн, имевший несчастье жить рядом со мной, взялся кого-то выпроваживать, он не отступится. И потом, какое мне дело до выкриков неизвестного гостя? Он звал не меня — развеявшуюся пеплом княжну с непроизносимым именем. Ту, из-за кого моя жизнь шла наперекосяк столько раз, что и не счесть. И, честное слово, мне ни капельки не было интересно.
Обладатель невнятного голоса оказался человеком с поистине безграничным терпением. Он не только не убрался восвояси, но и принялся что-то доказывать.
Я различила слова «Рен», «письмо» и «срочно».
На душе стало чуть легче. Знакомых в столице у меня не водилось, писем я сроду не получала, ну а «срочно»… Любой житель Подлесья знает: там, где до ближайшего города с магами и транспортными порталами несколько дней езды, понятия «срочно» не существует.
— Завтра! Утром! Лучше — после обеда! — чуть миролюбивей рявкнул сосед. — Начнешь орать — не посмотрю, что гильдейский! А теперь — вали!!!
Я остановилась у двери. Теплый весенний вечер только наступил, но в Барсуках (городке к югу от Лесов, где мне вздумалось осесть) спать ложились рано. Терпко пахла сирень — ее хилый кустик мне подарили на новоселье год тому, и с тех пор она вымахала выше меня. Подозреваю, без магии не обошлось… Нет, у меня способностей к колдовству не наблюдалось, зато среди моих знакомых имелось немало обладателей дара. Очень удобно в хозяйстве — и очень опасно!
«Что же делать?» — мучительно размышляла я, в порыве задумчивости обрывая цветки. Спокойная жизнь вот-вот закончится! Зачем приходил тот человек? Что ему было нужно? Я могла успокаивать себя как угодно, однако дураку понятно: он приехал в Подлесье из-за меня.
Бежать? Мой взгляд невольно скользнул вокруг. Молодые деревца, новые постройки, свежевскопанная грядка для цветов… Я годами моталась по миру, нигде не чувствуя себя в безопасности, и наконец нашла свой дом!
Бросить все? Ни за что! Мои враги остались в Тавенне (навеки остались, спасибо Черному Дракону). Бояться нечего. А то имя… Не спрошу — не узнаю, откуда оно взялось. Может, ошибка? Какая-нибудь бюрократическая проволочка, превратившая Таю из Рысей (сама придумывала, между прочим!) в Атайю Мерлейн?
Трава, заполонившая двор, приглушила шаги. Ворота хрястнули о забор, щеколда с громким лязгом упала вниз. Безусый юнец с бляхой почтовой гильдии на груди, перетаптывавшийся у соседской усадьбы, всполошено подскочил и вроде бы вскрикнул.
— Уже ухожу, — забормотал, миролюбиво поднимая руки. — Не кричите.
— Давай сюда!
— Что? — не понарошку испугался он.
— Письмо! — право слово, мне совсем не хотелось болтать.
— Вы Атайя Мер…
— Нет! — резко возразила я. — Но оно для меня. Или тебе охота застрять в Барсуках навечно?
— Точно для вас?
Мне никогда не понять людей. Ответ «Да!» действительно убедил бы его в моей честности? Невероятно!
— Гарантирую, больше никто им не заинтересуется, — ответила с кривой усмешкой. — А завтра оно и мне не будет нужно. Не согласен? Тогда — спокойной ночи!
