Это задание, предусматривало определенные требования к ТТХ будущего самолета. Максимальная скорость на высоте 6000 метров — не менее 640 км/ч, время набора высоты 6000 метров — не более 6 минут, продолжительность полета со скоростью 400 км/час, — не менее 2.5 часов, резерв для получасового полета на максимальной скорости. Максимальная скорость пикирования — 830 км/час, маневренность — не хуже, чем у А6МЗ модель 32, вооружение — две пушки калибра 20 мм и два пулемета калибра 13.2 мм. При этом штаб морской авиации поручил установить на новый самолет двигатель Накадзима Хомаре-22 (NK9H). Двигатель развивал на высоте 6000 метров мощность 1500 л.с. Инженеры, работавшие на фирме Мицубиси, в это время оказались завалены работой по доводке истребителя-перехватчика J2M «Райден» и модернизации начинавшего стремительно устаревать А6М. Судьба нового самолёта была неопределённой. С этим надо было что-то делать, причём срочно.
С конца 1930-го года, Исороку Ямамото руководил департаментом аэронавтики. Именно тогда был спроектирован «Бомбардировщик наземного базирования Тип 96» (Бетти), во многом революционная машина, способная пересечь океан. Благодаря такому опыту он прекрасно представлял как взаимодействуют структуры Флота и компания «Мицубиси хэви индастриз».
9 июля 1942-го года, когда в Токио бушевал армейский путч, в Морском клубе города Сасебо и появились глава концерна «Мицубиси» Коята Ивасаки и главный инженер Дзиро Хирокиси, «отец Зеро». Адмирал встречал их перед клубом. После двухчасового разговора, с инженерной группы Хирокиси были сняты задачи по модернизации «Зеро» и доведения «Райден». Обдумав ситуацию, и даже отлучившись для телефонного звонка, господин Ивасаки дал торжественное обещание что самолёт под названием А7М «Реппу» взлетит ровно через год. К этому сроку «Мицубиси» планирует закончить работы по новому восемнадцатицилиндровому двигателю мощностью 2100 л.с. Ямамото, церемонно поклонившись, заверил промышленника, что требования по установке на новый истребитель двигателя Накадзима (конкурирующей фирмы) будут сняты немедленно. Обе договаривающиеся стороны расстались весьма довольные друг-другом. «Мицубиси» получает новый большой заказ, а Флот, самолет в котором очень нуждался.
Для сравнения, ситуация в армейской авиации выглядит намного лучше. В январе 1942 года начался серийный выпуск перехватчика Ки-44 «Сёку». К лету машина стояла на вооружении семи авиаотрядов. Настоящим прорывом является Ки-61 «Хиен» — фронтовой истребитель с двигателем жидкостного охлаждения, клоном немецкого DB-601А. Самолёт, по сумме ТТХ, уверенно превосходит всех отечественных и иностранных конкурентов, включая и Bf-109E. К осени 42-го началось комплектование отдельной авиаэскадрильи для отработки тактики применения. Не осталась без новинок и бомбардировочная авиация Армии, в конце 41-го с производственных линий «Накадзима» начали сходить двухмоторные Ки-49 «Донрю». К лету самолёт поступил на вооружении 61-го сентая и шли поставки в 74-й сентай тяжёлых бомбардировщиков в Маньчьжоу-Го. Компания «Мицубиси» обещает к концу года предоставить ещё более совершенный Ки-67 «Хирю» с фантастическими характеристиками — боевая дальность 2800 км, скорость 540 км/час и бомбовой нагрузкой в тонну.
Таким образом армейская авиация оказалась намного лучше подготовлена к затяжной войне, в которую Япония может быть втянута если «Мирные инициативы императора Хирохито» будут отвергнуты союзниками.
«Мирные инициативы» были отвергнуты. 17 сентября 1942 года прозвучало знаменитое «NO» от президента Рузвельта. Нельзя сказать, что японские элиты так уж сильно надеялись на мир. Скорее наоборот, для военных, не важно армейцев или моряков, война была смыслом всей их жизни. Для промышленников из Дзайбацу, война сулила гигантские прибыли. Для политиков это была возможность сделать успешную карьеру. Только для императора и немногих благоразумных людей, чувствовавших ответственность перед нацией, война без перспектив на благополучный исход была несомненным злом.
Тем не менее жёсткий и безапелляционный ответ стал для Хирохито личным оскорблением. Наперекор всем традициям он лично обратился к главе враждебного государства. Единственный раз попытался напрямую вмешаться в политику, нарушив все писанные и неописанные правила. И такой бескомпромиссный прямолинейный отпор лично ему. Мало того, что это было оскорбление, это было объявление войны на уничтожение. Император внутренне кипел. Теперь третьего не дано, либо Япония и японцы исчезнут, либо Америка и американцы захлебнувшись своею кровью на пути к Токио, отхлынут на континент. Для этого нужна мобилизация, пожалуй даже не так, нужна «тотальная война». Причём этот термин касается не столько промышленности и тяжело работающего народа, сколько бюрократических структур разросшихся в Армии и на Флоте. Что ж, скоро генералы и адмиралы узнают на своей шкуре, что такое тотальная война без ограничений. Возможно им это не понравится.
18 сентября был объявлено Совместное совещание правительства и Императорской Ставки.
