Да, лицо было все так же обезображено шрамом. Только сейчас, когда его выражение изменилось, расправилась складка между бровями, глаза лучились весельем, губы изгибались в хитрой улыбке — он был невероятно, чертовски, потрясающе красив. Не мальчишеской идеальной красотой Раса, а той, что навсегда цепляет что-то в душе. Я моргнула, стараясь стряхнуть наваждение. Потом еще раз. Не получалось. Тогда приложила все усилия, чтобы отвести от него глаза, аккуратно выдернула руку из его цепкой хватки, повертела ее, потерла и, вздохнув, опустила.
— А теперь, тор, сдадите меня дяде? Или тете? Или прочитаете длинную лекцию о неподобающем поведении юной торы?
— А вы хотите? — Его тон изменился, он уже не был ни жестким, ни рассерженным. Не было в нем и превосходства, коим он поливал всех вокруг. Удивленно воззрилась на мужчину, потом быстро опустила взгляд.
— Я? — вздохнула, не поднимая глаз. — Я танцевать хочу.
И хитро прищурившись, все же искоса взглянула на кузена.
— Я же не просто так сбежала. Я мечтала попасть на праздник, на танцы, долго училась, между прочим. А это, знаете ли, такой труд, — почти шепотом закончила и выдала еще один тяжкий вздох и лукавый взгляд.
— Хитрюга, — припечатал он.
Сказано это было таким тоном, что я даже не поверила своим ушам. Потом не поверила глазам. Эллор улыбался. Стоял, скрестив руки на груди, и улыбался во все зубы, два из которых были клыками. Мне даже показалось, что они сверкнули в свете фонаря.
— Ну идем.
— Куда?
— Танцевать! — Новый ехидный взгляд.
— Серьезно?
Я прижала ладони к лицу, боясь, что сейчас он откажет и потащит меня домой, разбудит дядю и представит меня пред его очи.
Однако тор, все так же улыбаясь, поклонился и предложил руку. Чувствуя, как мои глаза округлились, и боясь поверить своему счастью и удаче, ухватила его за локоть. Мы чинно потопали обратно к площади, словно не было дурацкой погони и ругани в тени домов узкой улочки, словно просто прогуливались, устав от толкотни на празднике. А потом мы вышли на площадь и окунулись в море музыки, танцев и веселья.
Но уже через пару часов стало просто невыносимо скучно. Тор Хаэр не отпускал меня ни на шаг. Отказывал всем кавалерам, желающим составить мне партию. Нет, танцевал он прекрасно, как и говорил сегодня днем, но вот однообразие фигур, подскоков и шагов меня утомило.
Я пыталась выловить из толпы лавирующих между гостями официантов с подносами, разносящих игристые вина. Но Эллор все время утаскивал меня, как только я готова была схватить бокал с напитком. По правде сказать, пару раз мне все же удалось, отловив официанта, одним махом осушить бокал вина. Все же в своем мире я иногда злоупотребляла алкоголем. Это была моя вторая маленькая тайна, постыдная. Просто случались дни, когда я начинала жалеть себя слишком сильно. Жалела вплоть до того момента, пока не заканчивалась бутылка красного полусухого.
Пару раз к нам подходили Растард с Ниной, но поболтать с ними не удалось — снова начинала играть музыка, и нас растаскивало толпой в разные стороны.
В одну из таких передышек Эллор наконец соизволил удалиться на пять минут, а я со скучающим видом, вертя в руке недавно уворованный с подноса очередной бокал с игристым вином, скользила взглядом по толпе гостей. Мой взор привлекли сестры-двойняшки Рагарт. Девушки были не высокородными, но из довольно богатой семьи купцов, поэтому всегда были модно одеты. Заметив мой взгляд, они перекинулись парой фраз и помахали мне, зовя за собой.
Девочки были бойкими, потому я сразу поняла, что намечается что-то интересное. Оглядев людей вокруг себя и не увидев нигде тора Хаэра, смело двинулась к ним. По дороге поменяла пустой бокал на полный.
— Мила, ну ты даешь, откуда такой кавалер?! — зачирикала одна из них, схватив меня за локоть правой руки и доверительно наклоняясь к правому же уху.
— Мила, тут недалеко такое, такое! Ты не представляешь, — проделала то же самое вторая сестричка, но уже с левой стороны. — На соседней улице недалеко от нашего ресторана настоящий праздник, а не этот высокородный балаган! — сказала она и так выделила «настоящий», что я тут же загорелась. — Там музыка, веселье, танцы, парни! Хотя, — она отступила от меня на шаг и тяжко вздохнула, — с таким кавалером, как у тебя, последнее совершенно не важно! — Она многозначительно закатила глаза.
— Ведите! — вынесла я свой вердикт, а они, смеясь, подхватили меня под руки с двух сторон, и мы быстрым шагом двинулись в сторону «настоящего праздника».
Громогласное «Куда?!» прозвучало над самым ухом, когда мы уже покинули площадь и шли по освещенной улице, лавируя между прогуливающимися парочками, уставшими от толпы и ищущими уединения в тени домов. Я резко остановилась, как и мои новоявленные подружки. Только, в отличие от них, я не пискнула в испуге, а развернулась к стоявшему за нашими спинами мужчине и, высвободив руки, сложила их на груди.
— Гуляем мы!
— Да что ты?! Я же просил постоять на месте и никуда не уходить! — Мужчина тоже скрестил руки на груди.
