Через несколько дней после моего устройства на факультатив, там оказался Саня Цветков из моей группы. Появление однокурсника у меня не вызвало поначалу подозрений, хотя его приход не вызвал сомнений у корифеев, как ко мне. Потом Женька Дмитриев случайно обмолвился, что Саня появлялся на секции бокса, хотя боксерского опыта не имел и после нескольких занятий в начальной группе секцию покинул. Тут я задумался.
Кого легко можно вербануть и определить в стукачи? Того, кого можно подловить на незаконных делишках.
Саня Цветков почти сразу после начала учебы связался с институтскими и ленинградскими спекулянтами и начал приторговывать в институте всякой импортной или дефицитной отечественной мелочевкой – иностранными журнальчиками, жвачкой, плакатами, ручками, туалетной водой сомнительного производства и прочим ширпотребом. Он с готовностью становился посредником при сделках с более крупными фарцовщиками, так как студентам из провинции хотелось приодеться в джинсы, импортные батники и «шузы», чтобы поразить на своей малой родине всех своим продвинутым видом. Вероятно, гебисты его подловили на спекуляции и нацелили следить за мной. Тут уже ничего сделать нельзя со стукачом. К тому же он может быть и не один. Его-то выявил случайно, хотя он навязчиво лез ко мне с дружеским разговорами и предложениями.
А после ноябрьских праздников тетину квартиру обокрали. Хорошо, что накануне я успел купить цветной телевизор и часть денег, лежавших в ящике стенки, потратил на дорогостоящую покупку, но и тех денег, унесенных ворами было жалко. Кроме денег воры стащили тетины золотые украшения и мои некоторые шмотки, а новый телевизор, вырванный из пола сейф и мою магнитолу сложили в прихожей, но почему-то оставили. Удивительно, но сигнализация вневедомственной охраны не сработала.
– Что будем делать? – спросила тетя сквозь слезы, когда я появился, вызванный ею домой телефонным звонком, сделанным в деканат.
В квартире все было перевернуто, белье, одежда из шкафов, вперемешку с книгами валялось на полу. Сыпучие продукты из кухонных шкафов высыпаны из банок. (Кофе жалко).
– Милицию вызывать, – буркнул я со злости и опомнился.
Нечего на родном человеке срывать злость.
– Только, про деньги из стенки не надо говорить, что мои. – предупредил и пояснил: – Не стоит вызывать подозрения милиционеров – как у студента могут появиться такие деньги (тринадцать с лишним тысяч рублей)?
– Хорошо, что не унесли телевизор и прочее, – кивнула она в сторону прихожей. – У тебя в сейфе есть что-нибудь ценное? – поинтересовалась, успокоившись.
– Есть, – кивнул с кривой улыбкой, – тетради с песнями. – В будущем надо там хранить и ваши драгоценности с деньгами.
Чем-то эта кража меня настораживала. Может оставленными вещами?
Тетя позвонила в милицию. Сотрудники оперативной группы походили по квартире, сняли отпечатки пальцев с мебели и откатали наши пальцы. Опросили нас под протокол и заставили тетю написать заявление с полным перечнем похищенного. Извлекли дверные замки для экспертизы, пообещав вернуть и даже установить на место. Мухтара среди них не было. Мне казалось, что милиция никого не найдет и все демонстрируемые сотрудниками действия бесполезны. Вряд ли действовали лохи, способные без следов отключить сигнализацию и работали без перчаток. Почему же воры оставили крупногабаритные предметы? – меня мучал вопрос.
Опрос соседей тоже ничего не дал, так как большинство были на работе или учебе, как мы и никто не видел в подъезде посторонних.
После отъезда милиционеров я спустился к Виктору. Он в свое время предлагал мне обращаться к нему в случае проблем, вот и довелось. Ранее судимый сосед внимательно выслушал, расспросил о похищенном и приготовленных к выносу вещам, удивленно покачал головой и пообещал поспрашивать кое-кого.
– Обычно по таким квартирам, как ваша не лазают. Как правило, овчинка выделки не стоит, а квалификация ваших «скокарей» приличная. Кто мог знать, что такая сумма может находиться в квартире? Может их привлекла сигнализация вневедомственной охраны? – вслух размышлял сосед
– Как думаешь, почему оставили телевизор с магнитолой и не унесли, ведь явно планировали? – поинтересовался я.
– Не знаю, – задумался Виктор. – Может время поджимало или не захотели светиться с крупногабаритными вещами. Или работал один и не захотел рисковать – ведь сколько рейсов ему бы пришлось делать, да и машина у подъезда нужна? – предположил. – Поспрашиваю у знакомых, может чего слышали? Гастролер бы не пошел без наводки на упакованную хату, а ваша не должна привлечь внимания.
После беседы с Виктором мои подозрения, что не все чисто с этой кражей усилились.
Полночи с тетей наводили порядок в квартире, а утром я не сразу пошел в институт, а тетя на работу. Пришлось бежать в хозяйственный магазин, покупать и устанавливать дверной замок. Надежды на скорое возвращение старых замков из милиции не было, как произошло с возвратом моих вещей при том грабеже.
Через несколько дней Виктор вызвал меня на лестничную площадку.
