— Никита, стой! — все начало повторяться именно с этого момента, именно с этих слов. Только на этот раз я не знала, что мне делать, как себя вести и что говорить. Страх нахлынул на меня холодной, липкой волной, и я ничего не могла с этим поделать. Мне было просто страшно.
— Кристина… — прошипел Никита, вплотную подойдя ко мне, отчего я невольно отшатнулась.
Думай же, думай… Ты должна что-то придумать.
Угрожать ему — это явно последнее, что я могу сделать.
Кристина, ты же знаешь, что я у него есть свои мечты. Ты же знаешь, что он любит рисовать и любить писать стихи. Надави на это, сделай акцент на этом. Объясни ему,
что он может многого достичь, если не свернет на эту темную дорожку, которая ведет прямиком в бездну.
— Не стоит делать это, — прошептала я, покачав головой.
— Неужели ты здесь для того, чтобы остановить меня? — Никита смотрел на меня с явной насмешкой.
А ты не думала, что он просто-напросто слетел с катушек и ему бесполезно что-либо доказывать? Что, если нужно было просто обратится в нужную организацию и прекратить все это?
Нет! Никита Астафьев — не безумец.
Ему еще можно помочь…
Его еще можно вернуть к свету. Потому что он не такой.
— Да, я здесь для этого, Никита, — он уже открыл рот для того, чтобы ответить мне, но я не дала ему сделать это, продолжив говорить и стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и убедительно, — Ты не должен делать этого. Да, Алиса Орлова — конченая тварь. Да, она не уважает и никогда не будет уважать кого-то, кроме себя любимой. Да, она никогда не ценила людей, которые ее окружают. Да, она всегда издевалась над теми, кто слабее ее, — я сделала короткую паузу, внимательно смотря на Астафьева. Он молчал, смотря на меня с явным интересом и ожидая продолжения моей речи.
Слова имеют большое значение. Всего лишь одно неверное подобранное слово может все испортить.
— Но подумай в первую очередь о себе. Ведь этим ты испортишь в первую очередь свою жизнь. Алисе будет все равно, — проговорила я. Никита в ответ лишь громко фыркнул, покачав головой.
— Ты понятия не имеешь о том, насколько паршивая у меня жизнь, Кристина. Ты ничего не знаешь обо мне, — прошипел он, нервно передернув плечами. Но ведь все можно исправить, не так ли? Если ты еще дышишь, то можешь выкарабкаться из любого дерьма. Начать все с чистого листа, забыть о своем прошлом, как о страшном сне, — Поверь мне, хуже уже не будет.
— Я знаю, что ты — прекрасный человек и талантливый художник… — Астафьев не дал мне договорить, перебив меня:
— Какой толк от моих талантов, если меня все ненавидят и презирают? Ты не знаешь, что это такое, Кристина… Не знаешь, — рыкнул он с явной ненавистью. Думаю, он прав. Ему действительно приходится тяжело, и я не способна понять его, потому что не находилась в его шкуре. Но знаете, у меня был свой путь, который нельзя назвать легким. Мне пришлось через многое пройти и научиться бороться с трудностями.
Мы должны помочь друг другу…
— Не знаю… Но это не значит, что я не могу тебе помочь, — проговорила я, — Все можно исправить, если найти в себе силы для этого.
Никита молчал, опустив взгляд.
— Ты можешь стать великим художником. Ты можешь быть кем угодно… Если уйдешь сейчас, — последнее я добавила намного тише. Астафьев же громко фыркнул, а после сделал то, чего я от него никак не ожидала. Он просто развернулся и медленно побрел прочь, оставив меня в одиночестве. Я хотела броситься следом за ним, но что-то меня остановило. Я решила, что мне стоит отставить его наедине с самим собой, наедине со своими мыслями. Я свято верила, что мои слова произвели на него положительный эффект. И я улыбнулась. Широко улыбнулась и облегченно вздохнула, спокойно направившись домой. И я сразу же заснула, а с моего лица не сходила улыбка. Я думала, что это конец моего испытания. Я думала, что победила, и все сделала верно.
***
Как оказалось зря. Я — всего лишь глупая наивная дурочка, которая поверила в то, что смогла все исправить, излечить душу Никиту Астафьева.
Да, он не убил Алису Орлову. Да, он оставил ее и меня в покое. Он оставил всех нас, решив уйти сам.
Он порезал вены сегодня ночью, закрывшись в своей комнате. Его отец, по своему обыкновению, напился в хлам и не обратил никакого внимания на странное поведение сына. И, конечно же, он не вызвал скорую, пока не было слишком поздно. Этого парня никто не смог спасти. Не я, ни кто-то другой.
Я пыталась. Я пыталась все исправить и сделать его счастливым, но ничего не вышло. Он нашел свое счастье в смерти.
Наверное, мне стоит винить себя в том, что произошло. Или же нет… Я думаю, что в том, что произошло с Никитой Астафьевым нет моей вины. Я сделала для него все, что только могла сделать. Два года… Два года я отчаянно пыталась ему помочь, я пыталась быть ему другом, пыталась быть его опорой и поддержкой.
