Адель ди Бонье должна выйти замуж, чтобы спасти семью от разорения. Стефан ла Сови ищет жену, чтобы продолжить свой род. Брак по расчету — не такая уж необычная вещь в высшем свете. Однако планы девицы ди Бонье идут вразрез с теми, что лелеет ее отец, а ла Сови по стечению обстоятельств вряд ли удастся найти новую кандидатку на роль супруги. Так как же Стефану расположить к себе целеустремленную и своенравную барышню? И на что будет похожа их жизнь, если Адель согласится принять его предложение? Возрастное ограничение 16+
Шаги гулким эхом разносились по коридору. Госпиталь имени Жермена да Пети поражал не только своим внешним видом, но и внутренним убранством, в частности, просторными рекреациями. Гости столицы порой по незнанию принимали его за Главный Розельский храм Создателя, а выдающийся певец современности, Леон Гарро, попав в это заведение после того, как неудачно спустился со сцены, чуть было не устроил сольный концерт на пути в операционную. По рассказам лекарей, именитого пациента настолько поразила акустика в помещениях, что хирург смог работать без анестезии.
Те, кому впервые довелось услышать эту байку, обычно хитро улыбались и фыркали, выражая свое недоверие. Но один факт ни у кого сомнения не вызывал: лечебница Жермена да Пети являлась настоящим произведением искусства и одинаково хорошо подходила как для постановки оперы, так и для проведения балов и принятия иностранных делегаций! Тем не менее, со дня своего открытия здание использовалось исключительно для того, ради чего было возведено.
Креспина Вильре окружавшее великолепие не трогало, поскольку человеку свойственно привыкать ко всему, а мужчина по долгу службы часто наведывался в это заведение дийонского здравоохранения. Нет, он не был лекарем! Судьба уготовила господину Вильре куда более ответственную и тяжелую участь. Он занимал должность личного помощника Стефана ла Сови и при этом фактически тянул на себе всю банковскую империю, которую создал ныне покойный отец патрона. Если бы кто-нибудь осмелился поинтересоваться у господина Вильре тем, что же тот считает самым сложным в своей работе, он бы ни словом не обмолвился об управлении сетью банков, считавшейся крупнейшей не только в Дийоне, но и на всем континенте. Мужчина поправил бы очки на переносице, как делал в моменты сильнейшего нервного напряжения, и скупо обронил в привычной своей манере: «Общение с начальством».
Господину Вильре, как никому другому, был известен нрав Стефана ла Сови! В свете этого аристократа считали человеком своеобразным, но о глубине «своеобразия» мало, кто догадывался. Для примера: его помощнику тоже была известна история о визите в лечебницу знаменитого тенора, но у господина Вильре она не вызывала скепсиса, поскольку ему довелось услышать ее из уст самого хирурга. Да-да, Леона Гарро оперировал лично Стефан ла Сови!
В рассказе патрона Вильре смущал один момент. Мужчина не был до конца уверен в том, что операция проводилась без наркоза из-за выявленного у пациента синдрома врожденной нечувствительности к боли, как уверял господин ла Сови, а не из-за неожиданно возникшего дефицита анестезирующих препаратов в столичных лечебницах и госпиталях, о чем в то время писали все, кому не лень. Конечно, в штате лечебницы есть маги с нужными талантами, но мало ли что могло случиться: специалист выдохся после предыдущей операции, произошла накладка в расписании смен… Господин помощник не имел привычки идеализировать руководство, как раз наоборот! С одной стороны, Вильре легко бы поверил в то, что ла Сови в приступе дурного настроения способен вытворить что-нибудь этакое. С другой стороны, Гарро жалобу так и не подал…
— Вы заставили меня ждать.
Стефан ла Сови велел Вильре явиться в его кабинет, поэтому мужчина никак не ожидал увидеть патрона в коридоре, в нескольких шагах от конечной цели. Попади сейчас кто-то другой под пристальный замораживающий взгляд, несчастный в миг бы смутился, испугался и принялся искать оправдания, но господин помощник уже привык к манерам руководства. Он с невозмутимым видом достал из кармана часы и, сверившись с ними, произнес:
— Без четырех минут одиннадцать.
— Знаю, — кивнул ла Сови, — я освободился раньше.
Господин Вильре молча убрал часы.
— Идемте, не будем и дальше тратить мое время впустую.
Обрисовывая помощнику свою проблему, Стефан завершил речь так:
— Как вы считаете, возможно, в этот раз не будем мучиться? Дадим объявление в газету, кто-нибудь обязательно откликнется!
Господин Вильре даже не улыбнулся. Весь его вид наталкивал на мысль о том, что он серьезно раздумывает над озвученным предложением.
— Боюсь, это не лучший выход, — сообщил он с идеально выверенной дозой прискорбия в голосе. — Имя мужчины должно появляться в прессе трижды: в день его рождения, в день его свадьбы и в день его кончины.
Стефан запрокинул голову и от души расхохотался. Стены, двери и окна кабинета защищали мощнейшие звукоизолирующие заклятия, а помощник видел его и не таким!
— В таком случае я уже исчерпал свой лимит, — напомнил он, отсмеявшись.
Стефан с любопытством наблюдал за реакцией Вильре: вот он склонил голову, соглашаясь с услышанным, а вот раскрыл свою папку, без которой его образ казался бы незавершенным, и достал из нее лист.
— Я взял на себя смелость и составил список.
— Что это? — Стефан протянул руку.
— Имена барышень, которых может заинтересовать ваше предложение.