Каролина с раннего детства страдает одной фобией. Она боится оборотней. Но судьба к ней несправедлива, она оказалась истинной парой для альфы. И по закону она обязана дать ему шанс. Так что план на ближайший месяц такой: НЕ сойти с ума от страха и НЕ влюбиться. Но второй пункт такой сложный.В тексте есть: оборотни, истинная пара, настоящий мужчина
— Вот она! Лови её, Бернард!
Малыш нёсся по полю, пытаясь в пятый раз поймать бабочку. Я следовала за ним, наслаждаясь пейзажем вокруг.
Когда я впервые приехала в гости к сестре, я сразу влюбилась в это место. Как и тогда, поле было полностью усыпано одуванчиками. Казалось, словно это жёлтое махровое одеяло укутывало землю. Когда я смотрела по сторонам, мне казалось, что поляна заканчивалась обрывом. На самом же деле впереди начинался склон, который и создавал такое впечатление. За поляной можно было увидеть россыпь зелёных холмов. Но венцом всей этой красоты для меня были горы. Они выглядывали своими вершинами из-за холмов и притягивали мой взгляд, как магнит.
— Я поймал! Поймал! — радостно закричал малыш пяти лет, привлекая к себе внимание.
Он одновременно подпрыгивал, кружился, хлопал в ладоши. Не удержав равновесия, он повалился на попу и звонко рассмеялся. Рядом лежал небольшой сачок, а под ним трепыхалась фиолетовая бабочка с витиеватыми, изумрудного цвета узорами на крылышках.
— Бернард, молодец! Ты поймал самую большую и красивую бабочку на поляне, — улыбаясь, похвалила племянника. Я подошла к малышу и протянула руки, чтобы помочь подняться. — Ты же не хочешь навредить бабочке? — ребёнок замотал головой. — Тогда давай отпустим её. Угощения, наверное, уже приготовили, и твоей маме, наверняка, интересно будет узнать, что у нас тут случилось. Пойдём?
— Хочу, хочу! — не обращая внимания на мою руку, Бернард в тот же миг подскочил, как кузнечик. Малыш поднял сачок и, когда насекомое взлетело, произнёс. — Пока, бабочка.
Он помахал ей рукой и тут же помчался в сторону дома. Я в последний раз взглянула на горы и пошла вслед за племянником. Мы прошли через калитку во внутренний дворик, в котором располагался небольшой, но уютный сад. Он был усыпан цветами. Но садоводу словно было мало ярких красок, и он выложил тропинки разноцветными камушками. В центре сада, на газончике стоял небольшой стол и три плетёных кресла-качалки. Пирожные и графин с лимонадом уже ждали нас, как и моя старшая сестра Марта.
Она легонько покачивалась на кресле с закрытыми глазами и улыбалась каким-то своим мыслям. Пока я, не спеша, шла по тропинке и любовалась садом, Бернард добежал до неё. Он хотел поскорей рассказать о своём подвиге, так что речь получалась скомканной, и ничего не было понятно. Но сестру это не смущало. Она звонко смеялась, слушая рассказ сына. К моменту, когда я подошла к ним, Марта начала рассматривать перепачканную одежду малыша.
— Бернард, беги в дом и попроси няню дать тебе новую одежду. Твои вещи ужасно грязные, — видя, что ребёнок не хотел уходить, поглядывая в сторону стола, сестра подмигнула сыну и, улыбнувшись, добавила. — Когда переоденешься, беги мыть руки. Мы будем кушать вкусняшки.
Всё. Этих слов было достаточно, чтобы Бернард вихрем помчался в дом, зовя на ходу няню. Несколько секунд мы прислушивались к тому, что происходило внутри. Мы хотели убедиться, что мальчишку встретили. Услышав его эмоциональную речь о пойманной бабочке, смогли расслабиться.
Я присела на свободное кресло и залюбовалась сестрой. Марта выглядела очень счастливой. Она всегда была голубоглазой длинноногой красавицей, но после замужества, мне казалось, что она стала ещё прекрасней. Сестра ждала второго малыша и была на последнем месяце беременности. Из-за этого она всё чаще оставалась дома, и чувствовала себя одиноко, особенно когда её муж был на работе. И чтобы её развлечь, я старалась приезжать в гости как можно чаще. Благо на лошади галопом до неё можно было добраться примерно за час. Это позволяло мне приезжать, не оставаясь на ночь. Вот и в этот день я приехала к ней на денёк. Я сделала это специально. Папа ждал на встречу альфу соседней стаи. Им принадлежала территория вдоль тех самых гор, которые так завораживали меня.
От моих мыслей меня отвлекла Марта. Она решила встать, но я бы солгала, если бы сказала, что её попытки были удачны. Сестре в положении было очень удобно в кресле-качалке. Она сидела в нем полулёжа, как в гамаке, но её ноги едва касались земли, и подняться без посторонней помощи ей было нереально. Но сестра была очень упряма и пыталась проявлять самостоятельность, словно она вовсе не беременна. И если все потакали её прихоти и помогали скрытно, то я в такие моменты, не стесняясь, развлекалась. Вот и сейчас я от души хохотала, наблюдая за сестрой.
— Ха-ха. Очень смешно, — ворчала Марта, не оставляя попыток подняться самой. — Ну погоди. Когда-нибудь и ты забеременеешь, и тогда уж я вдоволь посмеюсь над тобой.
— Это явно случится ещё не скоро, — утирая слезы от смеха, я всё же встала, чтобы помочь сестре подняться. — Если такое чудо произойдёт, я дам тебе карт-бланш.
