«Я испытываю огромное желание тотчас же вылететь к тебе и поговорить с твоим гнусным начальством. Да и с твоим дядей тоже. Какая же он сволочь все-таки! Богатые люди вроде него всегда думают, будто могут все сделать за деньги, что им все сойдет с рук. Я уже говорил тебе когда-то, что мой папаша тоже был состоятельным человеком и при этом очень несчастным. Конечно, он покупал мне всякие вещи, но о них помнишь только тогда, когда пользуешься ими, а когда их выбрасываешь на помойку, вместе с ними исчезает и память о добрых делах. Так вот, у моего отца практически никогда не было времени для меня. И вообще, он был больным человеком, как и твой дядюшка. Я вложил в конверт чек на тысячу долларов, чтобы ты мог хоть как-то скрасить свое тоскливое существование.
Рикки, не могу дождаться апреля, чтобы снова увидеть тебя. Я уже сообщил жене, что в Орландо в этом месяце состоится международная выставка бриллиантов, но она не проявила абсолютно никакого интереса и даже не собирается ехать туда со мной».
— В апреле? — переспросил Бич.
— Да, Рикки уверен, что его освободят в апреле.
— Хорошенькое дело, не правда ли? — хмыкнул Ярбер и улыбнулся. — Значит, у Кертиса есть жена и дети?
— Кертису сейчас пятьдесят восемь лет, и у него, помимо троих взрослых детей, есть еще два внука.
— А где же чек? — полюбопытствовал Бич.
Спайсер проигнорировал его вопрос, перевернул страницу и продолжил чтение.
«Я должен знать абсолютно точно, что мы встретимся с тобой в Орландо,
— прочитал Спайсер и сделал многозначительную паузу. —
Ты уверен, что освободишься в апреле? Пожалуйста, напиши, что мы увидимся в Орландо. Я думаю о тебе каждый Божий день и час и постоянно держу твою фотографию на своем рабочем столе. А когда я смотрю на нее, то вспоминаю твои глаза и мечтаю о том времени, когда мы будем с тобой вместе».
— Какая трагическая любовь, — ехидно проронил Бич и весело захихикал. — Даже не верится, что этот парень из Техаса.
— А что тут удивительного? — вмешался Ярбер. — Я давно знал, что в Техасе немало милых и симпатичных мальчиков.
— А в Калифорнии их нет, по-твоему? — парировал Бич.
— Дальше все в таком же духе, — сказал Спайсер, быстро пробежав глазами второй лист письма. — Думаю, у нас еще будет время прочитать его до конца. — С этими словами он достал из конверта чек на тысячу долларов и продемонстрировал его коллегам. Пройдет немного времени, и эти деньги будут благополучно переведены на их тайный депозитный счет.
— Ну и когда мы собираемся кинуть его? — поинтересовался Ярбер.
— Давайте немного подождем и получим еще несколько писем. Пусть Рикки почувствует себя по-настоящему несчастным. Это в наших интересах.
— Может, устроить ему «темную» или что-нибудь в этом роде? — предложил Бич. — К примеру, какой-нибудь охранник может отлупить его как следует.
— Там нет никаких охранников, — напомнил ему Спайсер. — Это же не тюрьма, а реабилитационный наркологический центр. Там только врачи и медсестры.
— Не может этого быть! — решительно возразил Бич. — Насколько я понимаю, это закрытое учреждение с заборами, воротами, контрольно-пропускным пунктом и так далее. Значит, должна быть и охрана, разве нет? А что, если на Рикки нападет какой-нибудь сексуальный маньяк в душевой или в его палате? Ведь может же он стать невинной жертвой сексуального домогательства со стороны себе подобных?
— Нет, это не должно напоминать сексуальное домогательство, — задумчиво произнес Ярбер. — Иначе Кертис непременно заподозрит неладное. Нет, он должен думать, что Рикки подхватил какую-то заразу или что-нибудь в этом роде.
