Господи! Анька-дурочка, влюбилась в этого Чикилина, уговаривали её всей семьёй: не водись с ним! Он и раньше был замечен в употреблении, но потом клялся и божился, что завязал. А она, семье наперекор, замуж за него выскочила. Ладно, приняли его в семью. Поначалу, и впрямь, всё было хорошо. Андрей действительно держался. Анька родила Лёньку - радости у всех было! Но потом… Кувырком всё пошло: зять опять сорвался, подсел на героин ещё сильнее, да ещё и Аньку подсадил. А ещё бахвалился, что брат жены всегда его отмажет – если что, по-родственному. Это и злило Стаса, ему тогда только-только звание капитана присвоили и старшим опером назначили…
Сестра с мужем жили отдельно от родных. Однажды Стас заглянул к ним и ужаснулся: дверь не заперта, в квартире не прибрано, грязь и смрадный, какой-то гнилой воздух. Андрей, Анна и ещё пара каких-то пришлых нариков – парень и девчонка, были кто в кресле, кто на кровати - в своей наркотической «нирване». На столе валялись использованные шприцы.
Трехлетний Лёнька, весь замурзанный с всклокоченными волосёнками, в нестиранной рубашонке ползал по полу в грязном подгузнике. Он уже не плакал, а тихонько хныкал, теребя то отца, то мать, просил покушать. Стас тогда, ничего не говоря, взял мальчонку, унёс в ванную. Помыл его, переодел.
-Погоди, малыш, сейчас поедем к бабушке! - приговаривал он. Лёнька узнал Стаса. Успокоился, заулыбался ему, крепко-крепко вцепился. Стас, с малышом на руках, нашёл в шкафу пачку памперсов, кое-какую Лёнькину одёжку, и отвёз его к матери. Отец тогда уже год, как умер – не перенёс известия, что дочь стала наркоманкой.
-Мам, он голодный, покорми. И Аньке его не отдавай, поняла? Они с Андреем сорвались опять…
Наталья Николаевна всплеснула руками: внучонок был худенький, с синяками.
-Поняла, Стасик! – бабушка взяла Лёньку на руки…
Анна, придя в себя, спохватилась: сын пропал! Она позвонила Стасу:
-Стасик, Лёньку украли! Что делать? - истошно голосила она.
-Заткнись ты, горе-мамаша! - рыкнул на неё Стас, - Он у бабушки. Слушай меня!! Если не бросишь наркоманить, я его у тебя, вообще, отберу – родительских прав по суду лишу, понятно?!
-Стасик, как ты так можешь?! Это жестоко!- укоряла Анна.
-Жестоко?! А как ты ТАК можешь?! – кипел от негодования Стас.
Анька приходила к матери, плакала. Клялась-божилась, что больше не будет.
Наталья Николаевна пожалела её, отдала ей сынишку. Анька держалась какое-то время, но потом сорвалась опять. И всё повторилось вновь…
Стас с тягостным чувством вспоминал то время. Много раз он пытался образумить зятя, несколько раз вызывал его на «мужской разговор», устраивал его и Аньку анонимно в наркологические клиники. Стасу недёшево обходилось их лечение, но, увы, всё было безрезультатно! Андрей тоже каялся, божился, что завяжет, но каждый раз нарушал слово. Стас именно в нём видел корень зла в их семье, искренне считал виноватым и всей душой возненавидел своего зятя.
У сестры, время от времени, бывали «просветы» и она. со всем материнским рвением, начинала выполнять свои родительские обязанности. Правда, хватало их ненадолго.
Лёньке уже было шесть лет. Он уже немного притерпелся к родительским «недомоганиям»: ну, болеют папа с мамой часто, но от этого они же не перестали быть его родителями! Наверное, как и все дети, он безотчётно любил своих непутёвых отца с матерью и жалел их.
Последний раз из клиники Андрей сбежал на третий день – как началась сильная ломка. Стас в это время заехал проведать Анну с Лёнькой. Он открыл дверь на нетерпеливый звонок и застыл: у порога стоял Чикилин!
-Ты какими судьбами?! Лечение же ещё не закончилось!- хмуро спросил Стас.
-Для меня уже закончилось! – скаля зубы, нервно рассмеялся Андрей.
Он, оттолкнув шурина, ринулся на кухню. Стас направился за ним. Анна на кухне готовила обед, Лёнька крутился рядышком.
Андрей турнул их с кухни, достал из кармана маленький пакетик с белым порошкообразным содержимым, явно собираясь его немедленно употребить.
«Героин!» - закипели мозги у Стаса. Он попытался отнять у Андрея порошок, но тот оказался вёртким, опять спрятал наркотик в карман. Несколько минут они, молча, боролись. Хоть Андрей был субтилен и хиловат с виду, Карпову никак не удавалось его одолеть. Тогда Стас ударил зятя в живот. Тот согнулся пополам - от боли перехватило дыхание. Стас, тем временем, вытащил у него героин из кармана и порвал пакетик над раковиной, открыл кран с водой.
-С*ка! – завопил Андрей, видя, что планы нарушаются, и заветной, так желаемой, дозы он не получит, - Мент поганый, не ты герыч покупал! – его возмущению не было предела. Не соображая, что делает, Чикилин схватил со стола оставленный Анной кухонный нож…
Стасу, с большим трудом, нож удалось отобрать, и, чтобы припугнуть зятя, он им замахнулся на него. У Чикилина перекосило лицо: он реально подумал, что пришёл его смертный час!
-Папа! – вдруг, позади, они оба услышали Лёнькин отчаянный крик.
Обернулись. Стас увидел ужас в глазёнках племянника и испуганные, растерянные глаза сестры.
-Стасик, не делай этого, пожалуйста!- умоляла она.
