- Ева! Ты забыла, что имеешь дело с артистом, - перебил ее Всеслав. - Ради бога, успокойся. Он просто прикидывался, дразнил тебя! Небось наболтал разной чепухи, а ты и поверила.
Она подняла на него растерянные, несчастные глаза.
- Ты думаешь? По телефону он сказал, что шпионит за мной и что он… тайный агент королевы Елизаветы.
Смирнов не выдержал и прыснул со смеху, несмотря на серьезность разговора.
- Королева Елизавета? - хихикая, переспросил он. - Это кто?
- Знаменитая монархиня, правившая в Англии в шестнадцатом веке, дочь Генриха VIII и Анны Болейн. Тебе надо побольше читать!
Смирнову стало не до смеха. С Евой творилось что-то странное.
- Весна - опасное время, - осторожно начал он. - Таяние снега, мрачная сырость, грязь, лужи производят удручающее впечатление на чувствительные натуры. Дневное тепло обманчиво, можно легко простудиться. Ты случайно не заболела?
Ева с трудом удержалась, чтобы не запустить в него бутербродом. Тем более что аппетит у нее пропал совершенно.
- Зря я тебе все рассказала, - со слезами на глазах прошептала она. - Ты…
Ева вскочила и выбежала из кухни. Сыщик остался сидеть, пребывая в полном недоумении. Какая муха ее укусила? Он что, должен был поверить в шпиона королевы Елизаветы? Это перебор! Мальчишка-актер заморочил Еве голову, она забыла, с кем имеет дело.
И тут Смирнову на ум пришли смутные воспоминания. Когда-то он что-то читал про секретные службы. Кажется, именно при Елизавете Английской, которая вынуждена была защищать страну от испанского вторжения, а трон - от посягавшей на власть католички Марии Стюарт, существовала разветвленная сеть шпионов. Но…
- Боже! - пробормотал он. - Ева кого угодно сведет с ума. На нее весна действует, дурацкие россказни влюбленного парня, спектакли, которых она насмотрелась! У нее слишком сильное воображение. Хорошая порция скепсиса - отличное лекарство от подобных штучек.
Часам к одиннадцати, когда ушел учитель математики и Ася освободилась, мачеха решила поговорить с ней. У девочки было весеннее обострение хронического бронхита, но, слава богу, без астматических признаков. Она стояла у окна, глядя, как с ясного неба падают пушистые снежинки. Спросила, обернувшись:
- Кристина, откуда берется этот снег? Волшебство!
Ася упорно не желала называть вторую жену отца мамой, и Кристина уже с этим смирилась. Пусть называет, как хочет.
- Такое бывает, - произнесла она. - Как ты себя чувствуешь, дорогая?
Дочь Адамова поморщилась. Лицемерие Кристины выводило ее из себя.
- Нормально. Кашляю. Но уже меньше, - пробурчала девочка. - Не называй меня «дорогой», пожалуйста, я же просила. Ты меня не любишь. Зачем притворяться?
Кристина поджала губы, промолчала. «Несносная девица, - подумала она. - Я с ней вожусь, лечу, занимаюсь ее учебой, таскаюсь по санаториям - и никакой благодарности! Словно бы я обязана!»
Ася с неприязненной улыбкой подошла к своему дивану, села, сложив руки на угловатых коленях.
- Я ведь некрасивая? - вызывающе спросила она. - Да, Кристина? Мальчики не обращают на меня внимания. И еще этот кашель… Ну, скажи правду! Разве не ты говорила, что обманывать нехорошо?
«Некрасивая и наглая, - подумала мачеха. - Влепить бы тебе подзатыльник!»
- Ты перерастешь это, - вслух сказала она с нотками фальшивой доброжелательности в голосе. - Все наладится. Похорошеешь, выздоровеешь.
- Врешь, как всегда, - вздохнула Ася. - У меня папа красивый, и мама была красивая. Почему я такая уродина?
- Ты не уродина, ты…
- Зачем папа женился на тебе? - не слушая, безжалостно продолжала девочка. - Нам прекрасно жилось втроем - я, он и Анфиса Карповна. Ты вышла за папу из-за денег?
- Прекрати! Как ты смеешь? - вспылила Кристина.
Ася скривилась, передернула худыми плечами, зло уставилась на мачеху.
- Скажи еще, что ты его любишь! Слышать этого не могу… Мама с папой тоже любили друг друга, а потом мама хотела выпрыгнуть с балкона!
У Кристины пересохло в горле, кровь отхлынула от лица. Девочка сообразила, что сболтнула не то, - замолчала, насупившись.
- Асенька, о чем ты?
Но та уже замкнулась, рассердилась на себя и на весь белый свет.
- Ни о чем! Куда ты ходишь по ночам? - спросила она Кристину. - Думаешь, я сплю и ничего не вижу?
- По ночам все спят, особенно больные дети!
Адамова знала, как больнее уколоть Асю. Та покраснела, закашлялась.
- Я не ребенок! Я все расскажу папе! Когда он дежурит…
- Ну, хватит, - холодно сказала Кристина. - Довольно детских фантазий. Может быть, нам стоит обратиться к психиатру? У тебя слишком много странностей, дорогая. В твоем возрасте это связано с гормональным расстройством. Ничего, мы справимся. Сейчас столько отличных лекарств!
Разговора опять не получилось. Мачеха повернулась и резко вышла из комнаты Аси, хлопнув дверью. Девчонка и святого доведет до нервного срыва! Однако что она там говорила про свою мать? Та собиралась выпрыгнуть с балкона? Что-то новенькое!
Адамова позвонила мужу на мобильный. Он не отвечал: наверное, отключил телефон. Они с утра немного повздорили, и Лев Назарович отправился в сауну, снимать стресс. Кристина осталась дома с Асей.
