- Петя Иванов! - прыснул Славка. - Или Коля Сидоров. Который ловко водит тебя за нос, а ты позволяешь ему потешаться над собой! Ева, дорогая, где твой здравый смысл, твоя трезвая рассудительность?
- Подожди-ка! Он просил меня разоблачить его убийцу, если вдруг… ну, если он погибнет, то его дух на третий день явится в условленное место и назовет имя…
- Боже мой! - не выдержал сыщик. - Я умоляю тебя, не повторяй эти глупости! То тебе звонит с того света Денис Матвеев, то дух Кристофера Марло обещает явиться! Подумай сама, что с тобой происходит?
- А еще он предупредил меня о Джеке-потрошителе…
- И этот здесь?! Что они все забыли в Москве? - ехидно поинтересовался Смирнов. - Ты мне не объяснишь?
Ева вспылила. Испуг уступил место злости. Раз Славка не верит, она ему больше ничего не скажет!
- Понятия не имею.
- Мертвецы воскресают один за другим, - продолжал ворчать сыщик. - Матвеев, Потрошитель, Марло… все они исчезли, чтобы снова появиться? С ума сойти можно! Тени порождают себе подобных…
Асе Адамовой понравился сыщик. Он помогает папе и попросил Асю оказать содействие, на что она с удовольствием согласилась.
- Никому не рассказывай о нашей встрече, - сказал он напоследок. - Просто наблюдай за Кристиной. С кем она разговаривает по телефону, о чем? Когда ее не бывает дома?
- Мы выведем ее на чистую воду! - обрадовалась Ася.
Она не сомневалась, что Кристина изменяет отцу. А он, как слепой, не желает этого видеть. Продолжает жить с ней!
Сегодня утром доктор никуда не пошел, остался в постели. Ася и Анфиса Карповна ходили по квартире на цыпочках. Одна Кристина будто не замечала состояния своего супруга - топала, хлопала дверями, звенела посудой.
За завтраком она молчала, думала о чем-то. Наверное, строила планы, как убежать на свидание к любовнику, - ведь муж был дома и заметил бы ее отсутствие.
- Анфиса Карповна, - сказала Кристина, когда они поели. - Где овсянка для Льва Назаровича? Я отнесу завтрак ему в комнату.
Домработница набрала жидкую кашу в тарелку, приготовила зеленый чай и тосты. Кристина взяла поднос с едой и пошла к мужу. Через минуту из-за двери донеслись их голоса - недовольный Адамова и виноватый Кристины. Она выбежала, закрылась у себя.
- Пойду вымою голову, - сказала Ася.
По дороге в ванную девочка задержалась у двери в комнату мачехи, прислушалась. Кристина плакала. Злорадно улыбаясь, Ася отправилась наводить красоту, вымыла и уложила волосы, накрасила бесцветным лаком ногти, побрызгалась духами. Ей пора было в гимназию.
Мачеха не вышла, чтобы прочитать ей обычные наставления и проследить, как следует одеться. Поэтому Ася не стала натягивать свитер, а вместо берета повязала на голову тонкий шарфик.
- Гляди, замерзнешь, - проворчала Анфиса, подавая ей рюкзак с книжками.
Ася весело спорхнула по лестнице, вышла из подъезда в весеннюю сырость и слякоть. У нее давно не было такого прекрасного настроения. Во дворе стоял, переминаясь с ноги на ногу, паренек с сенбернаром на поводке. Собаку звали Пурш. При виде Аси пес лениво завилял хвостом.
- Привет! - сиплым баском поздоровался подросток. - В гимназию идешь?
- Ага.
- Хочешь, мы с Пуршем тебя проводим?
Сердце Аси взволнованно трепыхнулось. Воистину, в ее жизни наступила весна чудес!
- Хочу, - сказала она, удивляясь своей смелости.
Они пошли по тротуару, старательно обходя лужи. Сенбернар шлепал прямо по воде, поднимая брызги.
- Фу, Пурш! - прикрикнул на него хозяин. - Иди рядом! Асю испачкаешь!
Ему давно нравилась тоненькая, болезненная дочка хирурга Адамова, но подойти к ней, вот так заговорить, он осмелился впервые. Весна…
В семье Игоря (так звали подростка) все были крепкими, краснощекими и здоровыми. Квартиру в этом хорошем доме получил дед Игоря, рабочий-стахановец, Герой Социалистического Труда Тихон Боков. С тех пор в огромных трех комнатах жила большая и дружная семья Боковых - дед, бабушка, родители Игоря и он сам. Родители работали на заводе, гордились принадлежностью к династии станкостроителей и в том же духе воспитывали сына. Они словно не замечали происходящих в жизни перемен.
- Капитал опять в силу входит, - повторял иногда во время шумных, обильных застолий дед Тихон. - Но ему без нас, пролетариев, все одно не жить! Любое государство на работягах держится, от наших мозолистых рук зависит. Ты, Игорек, не переживай - выучишься, мы тебя на завод определим. Не пропадешь!
Паренек слушал деда и родителей вполуха, с жадным любопытством присматривался к новой жизни - к сверкающим витринам магазинов, красивым иномаркам, к разодетым, обеспеченным людям. На заводе платили хорошо, и семья Боковых не бедствовала. Но до некоторых жильцов престижного дома, которых становилось все больше, им было далеко. К таким представителям «новой буржуазии» относился доктор Адамов.
