- Да все вроде бы в порядке. Недавно майора получил, товарищи по службе на него не жалуются. Хороший мужик, спокойный, надежный, начальству задницу не лижет, никого не подсиживает, пьет в меру. А зачем он тебе?
- Я у него жену отбил, - улыбнулся сыщик. - Теперь навожу справки: мстить он не собирается?
- Ну, ты даешь! Я что-то слышал, думал, брехня. А оказывается, так и есть! Чудеса творятся на белом свете… Но Рязанцев не такой дурак, чтобы из-за бабы карьеру себе портить. Да и женился он, все путем.
- Женился? - обрадовался Смирнов. - На ком?
- На врачихе из медсанчасти. У него с желудком что-то, то ли гастрит, то ли язва. Лечился, лечился - и влюбился! Ха-ха-ха!
Приятель повеселел, жизнь уже не казалась ему сплошной черной полосой. Всеслав заказал еще вина. Сам не пил, наливал собеседнику. Поболтали о том о сем.
- Мне пора, - засобирался приятель. - Спасибо за угощение. Если понадоблюсь, звони. Своим надо помогать.
Они разошлись, и Смирнов поехал в клинику, где вел прием профессор Шкляров. Зачем? Он не задавался этим вопросом. Он находился в тисках полной нехватки времени, и ему было не до пробных шагов, не до дежурной слежки, не до проверки всех версий и вариантов. Каждый час, каждая минута, не говоря уже о днях, могли стать роковыми для Евы.
Тот, в чьих руках она оказалась, пока не предъявил конкретных требований. Это плохой признак… Значит, Потрошитель увлекся своей игрой, он потерял равновесие и становится непредсказуемым. Какие бы условия он ни поставил перед Смирновым, сам никаких договоренностей выполнять не собирается. Нельзя ждать, идти у него на поводу. Единственный выход, благоприятный для Евы, - опередить похитителя, вычислить его, спровоцировать и заставить оступиться.
Смирнов просто собирал информацию, всю, хоть каким-то боком причастную к исчезновению Евы. Убийства Садыковой и Крюковой, тайны семьи Адамовых, гибель актера Марченко, появление тени Дениса Матвеева - это неспроста. Из запутанного клубка данных предстоит вытащить кончик ниточки, которая приведет к Потрошителю.
Всеславу казалось, что он уже уловил зыбкую связь… что-то проскочило, промелькнуло перед глазами, но слишком быстро. Он не успел зафиксировать мысль, остановить ее, выделить из общей массы для пристального рассмотрения.
По дороге к профессору Шклярову сыщик ломал голову, как ему повести себя, чтобы не выдать Адамова, вызвать психиатра на откровенность и получить ответы на свои вопросы.
Потрошителю снились новые сны, каких он раньше никогда не видел.
Принимая на себя чужую роль, нельзя предвидеть, чем это может обернуться. Определенные намерения, поступки и мысли влекут за собой нечто необъяснимое - магию образа. Образ растет, заполняет собой внутренний мир человека и подминает его под себя, если человек слаб. Если же он силен, образ проявляется постепенно, незаметно, но последовательно вытесняя собственные привычки, взгляды и манеру поведения «хозяина».
Возможно, из неведомых, непостижимых переплетений времен и пространств нечто подобное улавливает, узнает и стремится к подобному. Как говорят, рыбак рыбака чует издалека. Раньше Потрошитель над этим не задумывался, пока не вонзил скальпель в первую жертву. Закончив лихое дело, он оторопело посмотрел на свои руки в окровавленных перчатках, на растерзанный труп. Ему пришлось некоторое время потратить на осознание - где он и кто он? Словно с того момента, как он занес над жертвой орудие убийства, и до сих пор в него вселился и действовал кто-то другой. Этот другой удалился тотчас, когда все было кончено. Он тоже смотрел на «дело рук своих» как бы со стороны, удовлетворенно посмеиваясь.
- Это я или не я? - спрашивал себя убийца. - И кто я теперь?
Где, у кого он искал ответа?
- Я - мнимый или настоящий? - завороженно шептал он над залитым кровью молодым женским телом. - Неужели…
Он вскочил и двинулся прочь от проклятого места.
Через пару ночей ему приснился сон: сумрак, запутанные грязные улочки, из туманной мглы выступает фигура элегантно одетого джентльмена, чуждая окружающим его трущобам, пропитанным смрадом гниющих отходов, душной затхлостью борделей и парами опиума…
- Ты ненавидишь порок, так же, как и я, - усмехнулся одним уголком рта джентльмен. - Разве нет? Наша общая ненависть соединила нас, мы созданы друг для друга. Я был дерзок, и меня не поймали! Я совершал свои изощренные преступления, невзирая ни на что. Я убивал в людных переулках, кишащих проститутками, полицейскими и их помощниками. Весь в крови, я ускользал от них… Ха-ха-ха!
Джентльмен наклонился и зашептал:
- Никто так никогда и не узнает, кто я! Полиция Лондона закрыла дело без всяких объяснений. И правильно. Я - тень с берегов Темзы! Прихожу, куда мне вздумается, и ухожу, когда захочу. Я - тень. Всегда найдется желающий впустить меня! Не так ли? Тень неуловима, и в этом прелесть ее существования. Ей нет необходимости заботиться о своей безопасности. Это удел исполнителей - дрожать от страха и заметать следы. Ты умеешь маскироваться, мой друг, возможно, поэтому мой выбор пал на тебя…
