Первый Маулана Мухаммад Армагани, [один] из учеников Маулана Фанари. Он обладал совершенными познаниями, позднее стал кази-аскером и муфти [своего] времени и известен под [именем] Йаган-оглы.

Затем Маулана Шах Мухаммад б. Йаган-оглы, достигший должности кази Брусы.

Затем Маулана Мухаммад Йусуф Бали-Йаган, который преподавал[435] в медресе Брусы. Он был весьма ученым и написал пояснение к Талвих.

Затем Маулана Шарафаддин Саййид Ахмад Карими, муж ученый и знающий. /104/ Ему принадлежат известные сочинения и труды, [к которым все] обращаются. Он преподавал в высоких медресе Стамбула и общался с государем.

Затем Маулана Саййид 'Али Самарканди, который по приезде[436] в Рум стал учителем в Ларенде[437]. Среди ученых он известен одним комментарием.

Затем Маулана Шамсаддин Ахмад Гурани. По знаниям фикха, хадисов и тафсира он был единственным в [свою] эпоху и превзошел[438] в [свое] время [всех]. Под конец он стал наставником султана Мухаммад-хана.

Затем Маулана Таджаддин Ибрахим, известный под [именем] Хатиб-заде, который не имеет равных в науках умозрительных и описательных. Его [перу] принадлежат многие почитаемые сочинения. В Румском государстве ему первому из учителей назначили 'улуфе в сто акче.

Затем Маулана Хизр-паша Манташалу, который среди ученых известен под [именем] Хамид-оглы. Вначале он был наставником султана Мухаммеда.

Затем Маулана Хамза Карамани, у которого есть сочинения по наукам умозрительным и описательным. Под конец он тоже стал муфти эпохи.

Затем Маулана 'Ала'аддин Куч-Хисари, не имевший себе равных в начертании насхом и составивший пояснение к Мифтах.

Затем Маулана Мухаммед б. Кутбаддин Изники, который соединил [в себе познание] истины, шари'ата и тариката и весьма осведомлен в учении суфиев. Он составил весьма надежный комментарий к Фусус ал-хикм.

К [числу] величайших шейхов, во-первых, принадлежит Шайх Ак-Бик, который в [свое] время стоял во главе искателей истины.

Затем Шайх Мухаммад Галибули, известный под [именем] Йазиджи-оглы. Книга под названием Мухаммадийе — его сочинения.

Затем Маулана Шайхи Гармийани, который написал на турецком [языке] поэму Хусрав у Ширин. Население Рума любит ту поэму превыше [всякого] описания. Затем /105/ Муслихаддин Адирнави, известный под [именем] Имам-и дабагган[439] и украшенный познаниями явного и сокровенного.

Затем Маулана Пири-халифе Хамидили, который достиг высоких степеней и был наставником, исполненным совершенства.

Затем Шайх Таджаддин, Шайх Хасан и Шайх Шамсаддин, все служившие совершенной пробой в науках о явном и сокровенном — да усладит господь их душу дуновением [высшего] духа и да ущедрит их победы своим милосердием!

<p><emphasis><strong>Год 855 (1451)</strong></emphasis></p>

В этом году в местечке Чанаран из относящихся к Астарабаду [районов] сразились друг с другом [два] брата — Мирза Абу-л-Касим Бабур и Мирза Султан Мухаммад, и войско Мирза Султан Мухаммеда было разбито. Мирза Султан Мухаммада захватили в плен и привезли к Мирза Бабуру. Тот принялся его поносить и сказал: «Зачем ты сюда привел войска и напал на меня?» Султан Мухаммад сказал: «О брат! В делах царствования без этого не обходится». После всех словопрений благодаря стараниям подлецов [Мирза Бабур] приказал его казнить. Прожил [Мирза Султан Мухаммад] тридцать четыре года и десять лет правил — пять как наместник своего деда Мирза Шахруха и пять лет независимо. У него был только один сын — Мирза Иадгар Мухаммад. Тело [Мирза Султан Мухаммада] перевезли в стольный город Герат и похоронили в медресе его бабушки Гаухаршад-ака, рядом с могилой его отца.

Из [числа] удивительных событий [упомянем], что его супруга выпускала из испепеленной груди пламя жгучих стонов и проливала из рыдающих очей поток слез, пока через два дня не испустила сладостную душу.

Успокоившись в отношении[440] [одного] брата, Мирза Бабур устремил лучи помышления на другого своего брата, Мирза 'Ала'аддаула, и приказал ослепить Мирза /106/ 'Ала'аддаула, который постоянно находился при нем, закованный в кандалы. Стихотворение:

Если есть в твоей груди светлое око, — подивись на этот лазурный цветник,Тот самый глаз, что ранит и сурьма, — подумай, как может вынести раскаленное железо?

Известно, пока Мирза 'Ала'аддаула выжигали [глаза], он сочинил такие бейты. Стихотворение:

Пока небеса замышляют против меня дурное,Сердце отрешилось от мирских дел,Когда десница судьбы пронзила мне глаза раскаленным железом,Возрыдал [я] об [утраченной] юности.

Действительно, в этом было событие, назидательное для прозорливых[441].

Перейти на страницу:

Похожие книги