Но про рыбу я просто случайно вспомнил, и Маринке позвонил буквально «на всякий случай»: получится у нее нужных карасей найти, так и хорошо, а не выйдет — ну и плевать. Потому что я вообще-то о совсем других вещах теперь думал — но в свете прояснения проблем с пылесосами решил, что изобретать велосипед точно не буду. Тем более, что велосипед у меня уже был: отец, когда мы в Москве были, купил мне самобеглый агрегат в ГУМе. Немецкий агрегат, но не трофейный, а новенький, только что с завода. По виду — один в один «Орленок», который у меня был «в прошлой жизни», только цвета не синего, а какого-то темного сине-зеленого, и на раме название было золотой краской написано. То есть там и сиденье было другое, целиком кожаное, причем, судя по толщине этой кожи, ее с какого-нибудь буйвола содрали или вообще со слона, а сумочка с инструментом и «велоаптечкой», подвешенная сзади сиденья, была брезентовой. Впрочем, недолго она такой была: родственники из Богородска у отца ее «взяли поносить» и дня через три вернули уже в полностью кожаном виде. Решили, что в семье ходить с тряпичной сумкой — это семью позорить…
В общем, велосипед я изобретать не стал, другими «изобретениями» занялся. И очень жалел, что Лаврентий Павлович ко мне «досрочно» приехал: я почти что придумал, как еще кое-какую информацию по мирному (и не очень) атому вкорячить в «дореволюционный» текст, а он у меня «дневник» забрал, когда в нем я только по месторождениям прошелся и немного о «подземном выщелачивании» упомянул. А второй раз «случайно найти на рынке» ценный источник информации было бы в корне неправильно, так что Берия остался лишь с парой десятков страниц одной лишь «атомной геологии». А вот как прочие мои скромные знания нужным людям подкинуть, я пока не придумал. Зато придумал сразу три очень нужных в каждом советском доме бытовых электроприбора: микроволновку, фен и миксер. Придумал, мысленно со всех сторон приборы рассмотрел — и задвинул «изобретения» в самый дальний уголок сознания. Потому что понял, что запустить серийное их производство будет посложнее, чем выпуск пылесосов.
Причем о производстве очень сильно подумал, и пришел к странному выводу: проще всего в нынешних условиях было бы сделать микроволновку, так как там можно только металл использовать. Ну, почти один металл, а для прочих девайсов требовалась пластмасса, из которой в относительной доступности был один карболит — но и у него доступность было весьма относительной. Так что я свои мыслительные процессы сместил в другие области — и решил, что пока можно подумать не о благе всего народа, а только о благе семьи, а с семейным благом картина выглядела более привлекательно (в плане осуществимости): все же денег из премии родители потратили очень немного. Так что я, благополучно закончив еще в мае очередной (уже шестой) класс в школе, стал заниматься работой, которую в моем времени именовали не иначе, как «нейропрограммированием», и спустя всего несколько дней родители (вместе с дядей Алексеем, тетями Машей и Настей) и даже баба Настя решили, что нам срочно нужен новый дом.
Я же, сделав вид, что их послушался, нарисовал дом моей дочки в деревне, разве что слегка его «улучшив»: пририсовал третий, мансардный этаж, где решил обустроить себе комнату, все же жить в подвале с крошечным окошком, которое зимой почти целиком засыпалось снегом, мне уже разонравилось. Взрослые в целом мой «проект» одобрили, но все же решили, что столь важное дело нужно доверить профессионалам — и отец договорился с архитектором Ильгаровым о том, что тот и проект составит, и за строительством дома проследит. Дядька действительно архитектором был профессиональным: спустя еще всего лишь неделю он принес готовый проект, к которому даже смета была приложена. И смета меня поразила до глубины души: здоровенный кирпичный дом (в два с половиной этажа практически) должен был нам обойтись в семьдесят две тысячи! Или в семьдесят четыре, если еще некоторые дополнительные «удобства» в доме сделать. Да, я в принципе знал, что в сталинские времена жилье было недорогим, но чтобы настолько — я и предположить не мог. Хотя, если разобраться, на стройматериалы дядька Бахтияр цены-то взял «местные» — а они у нас (конкретно в Ворсме) были довольно скромными. Но я обратил внимание на то, что он все же «забыл» в смету включить перевозку этих самых стройматериалов, а это тоже должно было в определенную копеечку влететь.
