— Куда, прямо туда?
— Вы, Сергей Яковлевич, не поверите, но вам и не нужно верить. Мне не нужно верить, я же снова навру. А последней моей вракой на сегодня будет такая: у меня вездеход.
— Какой вездеход?
— Именно такой…
Когда я был взрослым, под словом «вездеход» на предприятиях оборонной девятки подразумевали не какое-то специальное транспортное средство, а пропуск, дающий право прохода на все предприятия сразу. Они вообще-то были нескольких типов: на все предприятия отрасли, на предприятия нескольких отраслей и последний вариант открывал двери проходных уже на любые предприятия девятки. Тогда об этих пропусках среди работников (по крайней мере работников инженерного звена) много легенд ходило, но все они отличались некоторой неточностью: «вездеход» не означал, что его обладатель мог куда угодно припереться и ходить где захочет, а был, по сути, заранее выписанным командировочным предписанием на указанные в пропуске предприятия, а заодно — и удостоверением личности, то есть при посещении этих предприятий просто не требовалось каждый раз оформлять кучу документов, а затем отчитываться в бухгалтерии о командировке. И мне именно такой пропуск и был оформлен, благодаря помощи товарища Струмилина. Я ему пожаловался, что иногда у меня придумываются разные интересные вещи, которые легко, дешево и быстро можно было бы сделать на оборонных заводах, но у меня просто не получается встретиться с инженерами и руководством таких заводов, что сильно затягивает (а иногда и вообще срывает) работу по их изготовлению и испытанию. Он кому-то о моей жалобе рассказал, и летом (как раз в качестве «подарка на день рождения») один очень ответственный дядька такой пропуск и привез. И долго объяснял, как я должен его хранить и куда и как я могу с ним проходить.
Объяснения существенно развеяли мои прежние иллюзии относительно «вездеходов» — но в моем положении это действительно оказалось подарком: я получил допуск к руководству огромной кучи предприятий. Которое, безусловно, могло меня выслушать и вежливо выпроводить обратно «за забор», а могли и не выслушивать и сразу выпинать наружу — но большинство тех, с кем я встречался, были людьми по крайней мере вежливыми и обычно мы быстро находили общий язык. Тем более находили, что и просил-то я о всяких мелочах, но которые теоретически могли прилично (или хотя бы немного) увеличить премиальный фонд предприятия с минимальными затратами сил и времени, или упрочнить репутацию предприятия, или работникам его просто жизнь немного улучшить. Например, на одном заводе я договорился о том, чтобы они сделали из отходов своего производства (из настоящих отходов) маленькие хитрые колесики для тележек, на которых детали к конвейеру в Ваче подвозили, и подробно объяснил зачем мне именно такие колесики требуются и что еще с ними сделать можно — и они колесики эти поставили на поток, потому что из других своих же отходов они с такими колесиками стали изготавливать ставшие сразу же популярными в народе сумки-тележки складные. А другому заводу я — из-за того, что строительство всякого (и жилья, и промышленных зданий) было действительно массовым — заказал изготовление очень непростого инструмента. То есть я на завод приехал, рассказал, чего я от них хочу, потом с инженерами заводскими два дня спорил, доказывая, что механизм работать все же будет — и они изготовили небольшую партию перфораторов. Что называется, «под мою ответственность» изготовили, так как были абсолютно уверены, что «пьяный подшипник» через полчаса работы развалится. А когда он не развалился и через неделю постоянной работы на стройке, мы с инженерами оформили все документы на изобретение (совместное, так как я только голую идею им вывалил, а всю кинематику они придумывали и рассчитывали) и тоже машинку в серию запустили.
Но в основном я все же на заводах заказывал всякое очень нестандартное оборудование, причем мои заказы формулировались «а сделайте мне такую штуку, которая вот это может» — и они эту «штуку» сами выдумывали и делали (с большим удовольствием, так как оплата таких «штук» как раз через артели проводилась за «наличный расчет») — но пока что я в основном по своей области этим занимался. Но когда у Маринки начались трудности с работой, у меня появились идеи поглобальнее — и я, дождавшись, пока товарищ Киреев не скажет «а пес с тобой, но все это под твою ответственность будет» географию своих «производственных вояжей» расширил. Впрочем, и Маринка расширила — в плане обеспечения автозавода отдельным самолетом: она несколько раз посетила Смоленск и там на авиазаводе провела интересную «воспитательную работу». Вот только сначала товарищу Кирееву пришлось к ней провести подготовку в Москве — однако «Москва согласилась» и за дело принялась как раз Маринка.
