Однако когда Моника снова покосилась на Стива, она убедилась, что сильно заблуждалась: он продолжал смотреть на нее, благожелательно улыбаясь. На душе у Моники сразу же потеплело, именно в дружеском внимании она и нуждалась сейчас больше всего, тем более со стороны милого молодого спортсмена.
Спустя полчаса чернокожая девушка ушла. Пора было покинуть зал и Монике. Она сильно вспотела и утомилась, но уходить отсюда, из этого поразительно чистого помещения, с его стеклянными стенами и хитроумными приспособлениями, сверкающими сталью, так чудесно сочетающейся с черной кожаной отделкой, ей совершенно не хотелось. Ей почему-то казалось, что Стив испытывает к ней не только профессиональный интерес. Впрочем, тотчас же подумала Моника, вряд ли такое возможно. Ведь она его значительно старше, к тому же у него много других подопечных женщин.
— Вам у нас понравилось? — спросил Стив, когда они вместе уходили из зала.
— Да, очень. Хотя я давно не тренировалась, — ответила Моника.
— Ничего, скоро привыкнете. Возможно, завтра у вас будут болеть мышцы, но это пройдет. Надеюсь, вы намерены посещать наш зал регулярно?
Монике показалось, что в его больших карих глазах вспыхнули таинственные огоньки.
— Безусловно, — заверила его она. — Я собираюсь всерьез заняться здоровьем. Тренажерный зал — неотъемлемая часть моего плана оздоровления. Так что мы еще не раз увидимся.
— Надеюсь, — сказал Стив и широко улыбнулся.
Направляясь к выходу, она чувствовала спиной его пристальный взгляд и старалась держаться прямо. Встреча с этим молодым и симпатичным тренером существенно улучшила ей настроение. Она ощущала необыкновенную бодрость, словно бы помолодела на несколько лет.
На следующий день она поделилась своими впечатлениями с Джилл. Та уверенно заявила, что инструктор положил на нее глаз.
— Не говори ерунду! Быть дружелюбным — часть его профессии, — смущенно ответила Моника.
— Значит, и ты к нему не равнодушна, — тотчас же сказала подружка.
— А что в этом такого? Любая на моем месте заинтересовалась бы таким парнем! Но, честно говоря, я даже не представляю себя в одной постели со Стивом. Мне страшно подумать, какой он увидит меня с утра…
— Тогда отдай его мне, — сказала Джилл.
— Но ведь у тебя есть Питер! — возмутилась Моника.
— Взглянула бы ты на него утром! Это чудовище! А что насчет того мужчины, с которым ты флиртовала на вечеринке? — Джилл многозначительно кивнула на промежность Моники.
— Что ты имеешь в виду? — покраснев до корней волос, спросила Моника.
— С ним ты представляешь себя в койке?
— О, конечно! Он такой сексуальный…
— Откуда тебе это известно? Ведь он не раздевался.
— Я сужу по его лицу. Но, признаться, у меня имеется подозрение, что для него важнее собственные ощущения.
Подруги выпили по бокалу вина. Моника поймала себя на том, что не разговаривала ни с кем о сексе с тех пор, как рассталась с Майклом. Она была не готова к новому серьезному роману, однако вполне созрела для сексуальной связи. Так что же в этом предосудительного? Ведь она свободная женщина, имеющая естественные физические потребности. Почему мужчинам позволительны легкомысленные поступки, а женщинам — нет? Разве это справедливо? Из размышлений Монику вывел вопрос, заданный Джилл:
— И когда же ты снова пойдешь в тренажерный зал?
— Может быть, уже завтра, — ответила Моника.
— И какую же ты намерена применить тактику? Нужно избрать кого-то одного и сфокусировать на нем свое внимание.
— Боюсь, что у меня ничего не выйдет. Я давно не тренировалась, — пошутила Моника и расхохоталась.
— Не смейся, милочка! Это дело серьезное. Не упускай своего шанса. Ты привлекательна и умна, к тому же далеко не из бедных.
— Все это относительно, — пожала плечами Моника.
— Ах, брось, не скромничай! Наверняка Стив получает меньше, чем ты. Так что ты можешь позволить себе расслабиться. Ну, так что ты решила? Отвечай! — не унималась подруга.
— Ладно. Я, пожалуй, соблазню кого-то из этих двоих. И первым — Стива. Ну, что ты на это скажешь?
— План грандиозный. Остается только его выполнить, — ответила Джилл и многозначительно прищурилась.
Шли дни, и Моника постепенно привыкла к жизни без Майкла. Ей все еще не хватало его общества, возможности посетовать ему на свои неудачи на службе или обсудить с ним свои насущные проблемы. Но хотя боль, причиненная ее сердцу его предательством, по-прежнему не оставляла Монику, она научилась терпеть и более не пугалась мысли, что для Майкла нет места в ее будущем.
