Моника шумно вздохнула и резко подалась вперед, плотнее прижимаясь срамными губами ко рту Майкла. Он ответил сопением и чавканьем. Моника положила ноги ему на плечи и повертела ступнями. По икрам и ляжкам пробежал электрический ток. С губ сорвался сладострастный стон, в промежности засвербело. Она закрыла глаза, чтобы не отвлекаться на пыхтящего у нее между ног Майкла, закинула ноги ему на спину и начала ритмично двигать торсом.
Первый желанный спазм наступил раньше, чем Моника ожидала, и она громко, пронзительно взвизгнула от восторга. Шквал удовольствия охватил ее от кончиков пальцев до головы. Судороги в промежности, последовавшие за этим, вынудили ее взвыть в полный голос. Никогда прежде она не вела себя так бесстыдно. Выбившись из сил, Моника запрокинула голову на спинку дивана и уставилась вытаращенными глазами в потолок, продолжая стучать пятками по спине Майкла.
Почувствовав, что она удовлетворена, Майкл оторвался от ее промежности, чтобы перевести дух. Моника убрала с его плеч ноги и опустила их на ковер. Ей было безразлично, что он думал о ней в этот момент, она была не в силах не только трезво мыслить, но даже пошевелиться. Единственным ее желанием было, чтобы он молча ушел.
Майкл сел на корточки и, пригладив пятерней шевелюру, захлопал глазами. Видимо, он тоже не знал, что сказать в этой ситуации.
— По-моему, тебе пора уйти, — мертвым голосом сказала Моника, не глядя на него.
Майкл неохотно выпрямился и стал оправлять костюм.
Моника одернула подол юбки, с сожалением отметив, что на ней появились заметные складки, разгладить которые можно будет лишь утюгом, и повторила:
— Прошу тебя, уйди! Увидимся как-нибудь в другой раз.
— Да, конечно, — промямлил он и, повернувшись, поплелся к двери, как побитый пес. Он шел нарочито медленно, видимо, надеясь, что Моника окликнет его и предложит ему остаться у нее на ночь. Но она не сделала этого, и он был вынужден покинуть ее дом. Она вздохнула с облегчением, лишь услышав, как захлопнулась за ним входная дверь.
Она не ожидала, что так легко перенесет встречу с Майклом, и не мучилась угрызениями совести из-за того, что позволила себе физическую близость с ним. В конце концов, это был необходимый заключительный аккорд их затянувшейся на десять лет любовной симфонии. В том, что ничего подобного между ними больше не произойдет, она не сомневалась. Более того, она не желала ни видеть его, ни разговаривать с ним по телефону.
Она встала и начала раздеваться. Завтра, в пятницу, ей предстояла встреча со Стивом. Боже, как же она посмотрит ему в глаза? Скверно уже то, что она пошла в бар вместе с Томом… Что же касается Майкла… Нет, определенно она позволила себе непростительную легкомысленность. Стив относился к ней очень серьезно, и она это знала, следовательно, должна была вести себя более ответственно. С другой стороны, разве она не пыталась ему объяснить, что не готова к серьезным отношениям? Разве не давала она ему понять, что способна на непредсказуемые поступки? Но он слишком молод, чтобы все это правильно понять…
Моника вздохнула и легла в постель. На душе у нее скребли кошки. Не нужно было связываться с наивным юнцом! Лучше бы нашла себе любовника постарше и поопытнее. Однако терзаться угрызениями совести ей не хотелось. В конце концов, Стив вошел в ее жизнь по воле случая, в наиболее нестабильный период ее существования, и она не упустила своего шанса. Возможно, это цинично и эгоистично с ее стороны, однако и он уже не мальчик. В его возрасте пора научиться отвечать за свои поступки и достойно переносить все перипетии. Рассудив таким образом, Моника успокоилась и моментально уснула.
Она проснулась в два часа ночи и, открыв глаза, увидела, как колышутся от ветра занавески на открытом окне. Ей стало зябко, то ли от пугающей темноты, то ли от ночного холода, и она натянула на голову одеяло, чтобы согреть своим дыханием лицо.
Внезапно послышались чьи-то неторопливые тихие шаги: кто-то уверенно шел по квартире в направлении спальни. Вот шаги стихли, скрипнула дверная ручка, открылась дверь. Из коридора на пол и стену упал сноп света, в нем возникла мужская фигура. Широкие плечи неизвестного закрывали почти весь дверной проем.
— Что вам нужно? — глухо спросил Моника.
Ответа не последовало, мужчина вошел в спальню и приблизился к кровати.
— Ты знаешь, что мне нужно, — спокойно ответил он хозяйским тоном.
Моника замерла, пытаясь рассмотреть его лицо.
— Кто вы? — шепотом спросила она.
Мужчина начал молча раздеваться. Звякнула металлическая пряжка ремня, и в следующий миг он уже навалился на Монику, вдавив ее в матрац своим мускулистым телом. По ее коже побежали мурашки. Кровать жалобно скрипнула. Незнакомец откинул в сторону одеяло. Моника испуганно вскрикнула и прикрыла ладонями голые груди. Сопротивляться или бежать было бессмысленно.
Мужчина взял ее за волосы и потянул на себя. Она почувствовала запах его тела, потом — хлопчатобумажную ткань трусов, которыми он терся об ее лицо. Придерживая рукой затылок, он прижал ее губами к своему эректированному члену и сказал:
