Щебечущая машина полностью

Однако Уильям Дейвис напоминает, что поведенческий анализ можно считать достоверным лишь в том случае, если «участники эксперимента действуют искренне»[8]. Чем больше они знают о происходящем, тем менее надежны результаты. Самым бесславным подтверждением этих слов стала публикация в 2014 году результатов эксперимента, проведенного на пользователях Facebook. Семьсот тысяч участников сети стали невольными подопытными, их новостные ленты тщательно изучались исследователями, которые выясняли «эмоциональную распространенность». Репутация Facebook практически не пострадала, и компании социальной индустрии продолжают, за некоторую плату, снабжать ученых громадными объемами данных.

Огромный шаг вперед усилил и радикальное начало «ящика Скиннера»: кнопку «Нравится». Ее изобретение принадлежит не Facebook. У reddit уже была кнопка «upvote», и Twitter с 2006 года позволял своим пользователям добавлять твиты в избранное. Впервые кнопку «Нравится» в 2007 году использовал агрегатор информации из разных социальных сетей Friend Feed. Но в 2009 году, запустив собственную кнопку, Facebook выкупил Friend Feed. Вот вам пример того, как «убивают на корню» и «крадут кислород» – первой в этом деле стала Microsoft еще в конце 1990-х годов. Facebook присвоил работу мелкого соперника, некоторые функции которого заранее встроил в свой дизайн, а потом выкупил его, чтобы смести с рынка опасного конкурента.

По словам Перлман, кнопка «Нравится» была призвана изменить поведение пользователей. Именно такую цель преследует большинство нововведений на сайтах социальных сетей. К примеру, благодаря функции «Архив» для старых или ненужных фотографий пользователи Instagram перестали удалять снимки, а значит, и лишать платформу контента. В планах Facebook была кнопки «Бомба», или «Превосходно», которая легко заменила бы чрезмерные проявления чувств в комментариях и стали бы количественным измерением эмоций. Вместо десяти сообщений со словом «Поздравляю» под свадебным фото появилась бы сотня лайков. Это бы стимулировало пользователей чаще обновлять статус. Данная концепция основывалась на уже существовавшем в Facebook алгоритме количественного выражения популярности, а также быстрого и объективного социального сравнения.

Сказать, что схема сработала – значит не сказать ничего. С появлением лайков Facebook полностью изменился. Активность пользователей взлетела до небес. К маю 2012 года аудитория сети насчитывала уже миллиард пользователей, потенциальная прибыльность настолько обогатила Facebook, что компания провела первое открытое размещение акций. Другие платформы социальной индустрии не смогли устоять перед преимуществами волшебной кнопки. Одна за другой сети последовали примеру своих коллег: в 2010 году – YouTube и Instagram, в 2011 году – Google+, в 2015 году – Twitter. С появлением социальных сетей мир увидел новую индустриальную модель, и решающую роль в этой консолидации сыграл лайк.

Лайк стал важнейшим элементом «ящика Скиннера» – системы поощрений и наказаний – в борьбе за экономику внимания. Это экономическая организация зависимости.

Есть у нас зависимость или нет, машина все равно считает нас зависимыми. Именно на зависимости, причем вполне намеренно, строятся наши отношения с Щебечущей машиной. Проблема в том, что никто не знает, что такое зависимость.

Что такого есть в лайке, что вызывает привыкание? До относительно недавнего времени в медицинских и психиатрических кругах парадигмой всех зависимостей считалось злоупотребление тем или иным веществом. Правительства разных стран во главе с Соединенными Штатами ведут «войну с наркотиками», ссылаясь на то, что человек становятся химическим рабом, теряя контроль над своей жизнью. Такие представления стали результатом движений трезвенников конца XIX – начала XX века, когда алкоголь воспринимался как демон, завладевавший душой пьяницы. Впоследствии подобное отношение перенеслось на все легкие наркотики, независимо от того, вызывают они привыкание или нет.

Однако употребление наркотиков – это всего лишь пятая часть всех форм зависимостей. За последние несколько лет люди научились бороться со множеством разного рода одержимостей – появились сообщества анонимных блогеров, должников, игроков в азартные игры и так далее. А в 1990-х годах мир узнал о так называемой «интернет-зависимости», за которой последовала и «зависимость от социальных сетей». Моделью для исследования зависимости от социальных медиа стала зависимость от азартных игр. Пионером в этом вопросе была Кимберли Янг, психолог и основатель Центра поддержки интернет-зависимых. Будучи экспертом по игровой зависимости, она обратила внимание на сходство между теми, кто расстается с домом из-за партии в покер, и теми, кто готов отдать жизнь ради мерцающего экрана. Ни те, ни другие физически не употребляют наркотики, но в обоих случаях наблюдается модель зависимости.