Так, например, в 2017 году молодая женщина из Огайо отсидела в тюрьме девять месяцев за то, что снимала и в прямом эфире транслировала в сеть изнасилование своей подруги. Марине Лониной было 18 лет, подруге 17, а насильнику, Реймонду Гейтсу, 29. С Гейтсом они познакомились накануне в торговом центре, на следующий день встретились еще раз и вместе распивали алкогольные напитки. Мужчина решил лишить свою жертву девственности. Он принес бутылку водки, они напились, и когда девушка была уже достаточно пьяна, преступник повалил ее на кровать и, удерживая, изнасиловал. Лонина схватила телефон и начала трансляцию. Слышно, как во время изнасилования Лонина смеется и хихикает на заднем плане в то время, как ее подруга кричит: «Нет, мне больно».
В действиях Гейтса нет ничего удивительного: он злодей, и, по собственному же признанию, польстился на несговорчивость «девственниц». Поведение же Лониной вызывает недоумение. По словам обвинителя, Лонина заявила полиции, что начала трансляцию в надежде таким образом остановить злоумышленника, но, на удивление, эфир «засыпали лайками». Позже в документальном фильме
Такое признание поражает само по себе, но и наличие всех этих лайков также ошеломляет. Большинство зрителей вряд ли ожидали увидеть в эфире изнасилование, тем более у них не было причин подзуживать и подначивать. Как известно, в случае сексуального насилия «эффект постороннего» проявляется чаще, чем при других преступлениях, но эти люди были не просто очевидцами. Такое впечатление, что кнопка «Нравится» способствует появлению новой формы отстраненного участия в зрелищной жестокости. И обратная связь, весьма вероятно, сыграла свою роль. По словам Лониной, решающим фактором стало одобрение со стороны зрителей: внезапно она стала знаменитостью, запись имела большой успех, и это ощущение было настолько захватывающим, что тревога за жизнь подруги ушла на второй план. Лонина уже пожалела об этих коротких мгновениях славы, но теперь она навсегда осталась на просторах интернета. Если забить в
Эта темная сторона славы сама по себе не нова. Йозеф Фритцль, Тед Банди, Тимоти Маквей и Джеффри Дамер – убийцы и насильники, прославившиеся за один день и получающие в тюрьме десятки и даже сотни любовных писем. Изменилось лишь то, что теперь слава определяется алгоритмом, и, укрывшись в темноте, участвовать может каждый.
Популярность всегда была эффективным средством для привлечения внимания, лучшим средством, какое можно купить за деньги. Если машина зависимости направляет внимание в нужное русло с учетом наших желаний, то звезды являют собой отличное вместилище для наших одержимостей.
Дэниел Бурстин называл славу состоянием известности ради известности. Иными словами, люди привлекают внимание, потому что они привлекают внимание. В том, на что обращают внимание другие, есть что-то зачаровывающее: в этом и заключается «вирусная» сторона славы. «Сделав сеть более социальной», чем гордится Марк Цукерберг, платформы превратили обычные человеческие взаимодействия в потенциальные псевдо-события знаменитостей: измеримые количественно и легко воспроизводимые куски информации, или мемы. В машине зависимости слава сводится к простейшему механизму
Однако, отсюда следует, что теперь слова «слава», «популярность» или «нравиться» означают совсем не то, что означали раньше. В нашем языке нет средств для описания происходящего с нами, возможно, нам следует придумать новый язык. Самое простое решение – рассказать банальную историю о том, что происходит, и тем самым вызвать некую форму культурного надзора. В центре моральной паники относительно интернета – молодые люди и сексуальность, еще в 1995 году журнал
