Путешествие в Цинциннати открыло ему глаза на многое из того, что касалось отца, и во многом изменило мнение о ней. Многие ребята из бейсбольной команды выказывали искреннюю привязанность к ней, и даже когда она, набравшись смелости, изображала тренера соперников, покатывались со смеху, несмотря на то что видели эту пародию добрую дюжину раз. Она остановилась купить штук пятьдесят пончиков, когда они отправились навестить ветеранов в госпитале, персонал встретил их с благодарностью и теплой улыбкой. Стало ясно, пока жила здесь, она делала это постоянно. Придя в приют для бездомных, она поздоровалась, дружески ударив кулаками, с полудюжиной мужчин, успела поинтересоваться у каждого, как дела. Более того, с неподдельным интересом выслушала ответ каждого из них.
Сегодня она хотела отвести Гаррисона в место под названием «Мундроп». Что-то подсказывало ему, что и там найдется немало тех, кто ее знает. И они будут так же обожать ее, как и все остальные в этом городе. По крайней мере, так ему казалось.
Он задумался о некоем Девоне, чье имя уже не однажды за сегодняшний день всплывало в разговорах и всегда в негативном свете. Всякий раз, прежде чем поспешно сменить тему разговора, Грейси отвечала одно и то же: «Это в прошлом». Но как это могло быть в прошлом, если все продолжали интересоваться этим?
– Гаррисон?
И только в эту секунду он осознал, что не ответил, все ли он взял, что хотел, из камеры хранения.
– Пока да. За остальным вернусь, как только смогу.
Он обернулся и тотчас увидел, как она пытается поднять коробку, слишком широкую, чтобы могла ее ухватить. Она начала невольно отклоняться назад с грузом в руках, Гаррисон схватил коробку за край, что был ближе к нему. Секунду или две они пытались уравновесить коробку, дружно и слаженно поставили ее на место и оказались в непосредственной близости друг к другу, буквально плечом к плечу, не в силах вымолвить и слова, посмотреть друг другу в глаза. Стоило взглядам встретиться, они в ту же секунду отводили взор.
И если прежде в помещении было слегка душновато, сейчас внезапно возникло ощущение настоящей сауны. Гаррисон подумал, что это сравнение крайне неудачное, ведь вместе с ним появились мысли об обнаженных блестящих каплями пота телах, скрытых лишь полотенцами, которые можно снять легким движением руки, и тем самым обнаружить множество других, гораздо более увлекательных способов заставить обнаженные тела покрыться испариной.
– Еще чуть-чуть и… – Он говорил, пожалуй, не совсем о коробке, но Грейси совсем не обязательно знать это.
– Да уж. – Она переводила дыхание, пожалуй, чересчур сбившееся. Интересно, она тоже говорила не о коробке, и у нее возникли образы, как-то связанные с сауной. Словно воплощая в реальность его предположение, из-за ее уха показалась крохотная капля пота, скатилась по скуле, заскользила вдоль шеи и очутилась в прелестной заманчивой ямочке у основания шеи. Гаррисон следил за капелькой так завороженно и целенаправленно, как, должно быть, гепард следит за антилопой, стремясь внезапно, с неимоверной точностью атаковать, не упустив единственно верного момента. Например, как сейчас. Но Грейси вытерла каплю, не оставив ему шанса. Проклятье!
Однако подняв на нее глаза, он понял, что причина не в капле. Она стерла ее, потому что заметила, как сильно он увлечен ее соблазнительным путешествием. Их взгляды на мгновение соприкоснулись, температура вновь стала неумолимо подниматься. К ее виску пристала прядь влажных светлых волос, ему лишь оставалось держать себя в руках, чтобы не поправить этот локон, а затем, скользнув пальцами по волосам, не прильнуть губами к влажной коже.
– Нам пора, – довольно резко сказала она, и слова, казалось, отозвались где-то в глубине его души. – Нужно привести себя в порядок, прежде чем ехать в «Мундроп». И еще непременно нужно поужинать. Да, поужинать.
«Поужинать», – невольно повторил он про себя. Да, непременно нужно сделать это, прежде чем отправиться танцевать. Но, может быть, позже, если сложатся звезды, а у них обоих все еще будут рождаться мысли, связанные с сауной и наготой, нужно будет сделать кое-что еще. В конце концов, во время танцев тоже появляется испарина.
Грейси взяла с собой платье и аксессуары, которые купила для приема у Дьюиттов, и велела Гаррисону захватить с собой костюм. Поэтому для нее было немалым сюрпризом увидеть его в смокинге. У него даже был белый шелковый шарф, что изящно струился вокруг шеи. Ей пришлось преодолеть волну томительного жара при виде такого стильного и по-голливудски красивого Гаррисона, надо признаться, это чувство для нее не ново, нечто подобное она испытала в камере хранения.
