— Вот и Игнату не понравилось. Но забыть эту красоту невозможно. Так что готовься вспоминать. Долгими зимними ночами…
…Поужинали все там же, в Бухте. Потом перебрались на диван, приняли предложение БИУС-а посмотреть комедию положений, позаимствованную в Сети Китежа, и два с лишним часа умирали со смеху. А после того, как экран погас, от всей души поблагодарили «Ангела-Хранителя» за подбор настолько смешного фильма, пообещали Оле и Полине, что посмотрим его и с ними, а затем услышали в гарнитурах на редкость довольный смешок и, конечно же, превратились в слух.
— Народ, вы не поверите, но Лидия свет Алексеевна, наконец, залетела. И не обрадовалась. Вот и предложила дежурной целительнице, проводившей плановый медосмотр, денег за аборт и последующее молчание. Но играть в такие игры на поле Людмилы Евгеньевны — полный и законченный идиотизм: сторожок, с недавних пор появившийся в базе данных аналитического блока дворцовой СКН, среагировал на сочетание «одна из ключевых фраз — определенный голос» и уведомил Императрицу о творящемся непотребстве. Она сразу же подключилась к динамикам системы оповещения кабинета целительницы, радостно поздравила невестку с долгожданной беременностью и настоятельно попросила не дурить. Голосом, от которого стало дурно и супруге Цесаревича, и дуре, практически согласившейся ей помочь. В общем, Лидочка сейчас буйствует в своих покоях — крушит все, что попадается под руку — а ее свекровь работает с документами и довольно улыбается…
Мы поверили. И тоже поулыбались. А потом Свете захотелось свежих новостей, и БИУС ими поделился. Начал с самых важных — со строительства наших заводов — и сообщил, что творческий дуэт из Натальи Родионовны и Льва Абрамовича второй день лютует на заводе ЖБИ Ильичевска, сорвавшем поставку четырех машин каких-то конструкций, а со всем остальным проблем нет. Потом рассказала, чем занимались и занимаются родичи, обретающиеся в обоих поместьях, и посмешила описанием недо-конфликта между двумя ветеранами первого отделения, по случаю субботы отправившимися в какой-то ресторан, и тремя особо благородными, но поддатыми аристократами лет тридцати, строившими из себя героев аж до момента, как мои представились. А после того, как закончила с этим вопросом, переключилась на мелкую троицу — заявила, что девчата штудируют «альтернативную» программу обучения с недетским фанатизмом, ничуть не менее маньячно отрабатывают магические навыки «первой очереди» и каждый вечер вырубаются умотанными, но счастливыми.
— А с тобой связываются? — полюбопытствовал я.
— Да. Причем переключают МТ-шки в конфиденциальный режим даже тогда, когда просят объяснить сложные понятия из школьной программы. А еще считают эти терминалы символами принадлежности к нашему роду, из-за чего практически не выпускают из рук, и независимо друг от друга поставили в качестве заставки фотографию с празднования Нового года. Ту, на которой стоят рядом с тобой, Олей, Светой и Полинкой.
— Из внутренней потребности, а не для хвастовства, верно? — внезапно спросила Света, судя по выражению лица, нисколько не сомневавшаяся в правильности этого утверждения.
— Верно: они живут только учебой, тренировками и мыслями о будущем в нашем роду… — ответила Дайна, сделала небольшую паузу и как-то странно усмехнулась: — Кстати, о будущем в нашем роду мечтают не только они, но и братья Настены.
Я знал эту интриганку не первый год, поэтому подобрался:
— А есть с чего?
— Есть: я отправила по МТ-шке и им. С альтернативными обучающими курсами по их школьной программе. И залила в бегущую строку фразы «Это — шанс. Первый и единственный…» Так вот, мальчишки поняли намек и уже убиваются…
…Подготовительные работы в палате мистера Вальдеса закончили от силы минуты за три-четыре, ибо
Следующее пробуждение тоже не радовало. В смысле, первые секунды две. Но как только до моего сознания дошел смысл утверждения, раздавшегося из динамиков акустической системы, как
Увиденное просто обрадовало. Зато комментарий личной помощницы усилил злое предвкушение как бы не в разы:
