-- Можно было бы звать ментов, врачей и прочее… Вот только мы же застрелили всех культистов. Тут без бутылки водки не разобраться. Следователи охренеют. И вообще… Кто нам поверит? А если поверят, то что с нами будет?
-- Бутылка водки, -- кивнула Лиза. – Не мы, а Гипсокартон всех застрелил. Мы можем притвориться дурачками. Только нужно переключиться обратно в наши тела.
-- Что с Рябиной делать будем? Везти в больницу? – думал Жека. – Или уже поздно…
-- Не поздно, -- прошептал Рябина. Кристально спокойным голосом, не открывая глаза. – Зря вы меня так рано хороните.
-- Жив таки!
-- Жив. Я потерял много крови. И едва удерживаю сознание в своём теле при помощи медитации… -- Рябина медленно выдохнул. – Учитель многому меня научил…
-- Звони в скорую… -- Жека шикнул Диане.
-- Нет! – повысил голос Рябина. – В скорой мне не помогут. Я там умру… Сейчас приедут ребята. Они должны отвезти меня к Учителю.
-- К Игорю? Но зачем?
-- Он меня вылечит. Он пообещал по телефону.
Ну да, вспомнил Жека. От одних сектантов до других не так уж и далеко. Чёрт возьми…
-- И как Игорь будет тебя лечить? Помолится перед иконой?!
-- Я не знаю, -- признался Рябина. – Однако он дал мне устные наставления по предсмертной медитации.... Поэтому если я не дотяну к их приезду… Я растворюсь во Вселенском блаженстве, вернувшись к своей истинной природе реальности…
-- Пиздец, -- констатировал Жека и услышал, как открывается холодильник.
-- О-о да!... – простонала Лиза, открыла бутылку водки и… Присосалась к горлышку.
-- Какого хрена! – воскликнул Жека. – Ты что творишь? Мы ещё не выбрались отсюда, а ты уже берёшь на себя отягчающие!
Но Лиза не останавливалась. Она всосала всю бутылку водки и даже не поморщилась.
-- Жажда, ик! – ответила она. – Пить хотелось! Мама родная… Какой приятный напиток. Что это такое, Диан?
-- Это водка! – ответил Жека. – Ты что, не видела, что написано на этикетке?
-- Да быть не может, -- сказала Лиза. – Я бы водку так не смогла залпом. Это вода… Ещё хочу, маловато будет…
-- Гипсокартон – алкаш! – напомнил Жека. – Прекрати напиваться!
-- Да ладно тебе! Я столько повидала, что не против и нахуюжиться… Диан, ну-ка гони сюда свои запасы!
-- Не вздумай! – Жека осознавал, к чему может привести подобное поведение. Культисты могут нагрянуть ещё разок. Нужно было валить отсюда. Однако…
-- Не слушай этого задрота! – пригрозила Лиза Диане. – Гони сюда всё спиртное! Я чую! Оно у тебя есть! Могу найти по запаху. Но лучше бы тебе мне помочь.
Грозный вид громилы с пистолетом действовал куда убедительней миролюбивого вида Жеки. Потому Диана сходила к шкафу и вытащила заначку «Джек Дениелса» и «Егермайстера».
-- Красиво, -- Лиза откупорила бутылку и снова присосалась, будто это был лимонад. Жека недовольно скрипнул зубами и побежал вниз по лестнице, к выходу из дома.
Он прошёлся по ночному двору, выискивая окно Дианиной квартиры. Увидел ещё один труп культиста. А рядом – тело Лизы. Жека прошёлся по полянке, разжал руку рыжухи с Пультом. Спонтанный алкоголизм следовало остановить. Да и вообще – Гипсокартон его. А не её! Нехрен пользоваться чужим имуществом. Она ни капли крови не пролила в борьбе с верзилой. Шея болела до сих пор, с неё не сошли синяки, следы от удушения…
Жека щёлкнул рычажком. В голову ударило, что-то зажужжало. А потом наступила темнота. Как-то непривычно сработало переключение на этот раз… Жека открыл глаза и обнаружил себя на том же самом месте. Ничего не произошло? Почему? Батарейка села что ли?
Вдруг Жека увидел, что Пульт оказался снова в руках у рыжухи. А сама она лежала чуть в стороне. Будто бы переползла…
Так действует сильное алкогольное опьянение? Его выкидывает обратно? Сколько она успела выжрать бутылок? Неужели – всё, что дала ей Диана!?
Жека щёлкнул ещё раз, чтобы убедиться в своей теории. Переключение произошло обычным образом.
Вот только он оказался в теле Лизы, на той же полянке.
-- Что за… -- Жека щёлкнул ещё. И оказался в своём теле. Осознание произошедшего подействовало, как ведро ледяной воды. Ведь если Жека снова владеет телом рыжей, то что происходит с Гипсокартоном…
Хлопнула дверь подъезда. На улицу выбежал дезориентированный и пьяный вдрабадан громила. Его шатало из стороны в сторону. Он не мог сообразить, где находится. Но сквозь алкогольный угар понимал одно – нужно валить отсюда подальше…
В нём уже не было и намёка на женственность Лизы, не было никакой бабской мимики. И Жеку спасла темнота, ибо заметь его Гипсокартон – быть может он бы всё вспомнил… Громила скрылся в ночи, выкрикивая какие-то несуразности, кого-то преследуя…
Кажется, теперь у них во врагах снова этот верзила. Уж он-то, когда протрезвеет, точно достанет их из под земли. Оставалось надеяться на то, чтобы Игорь и его ученики приехали быстрее. Громилу нужно выследить и заковать обратно в Пульт…
Но как всё так получилось?...
В одной из буддийских сутр есть строки о монахах, которые сходят с ума и кончают с собой после медитации на смертность. Просветление — это очень нелегко… Но умирающему Рябине, судя по всему, было легко и ваще заебись. Очень заебись.
