– Но если бы бельё пропадало только у мисс Барнс, это сразу вызвало бы подозрения. Поэтому он крадёт вещи по всей улице, чтобы запутать следы. В этом деле важен лишь один двор – двор мисс Барнс!
Мейзи с нетерпением ждала возвращения мистера Гранже, чтобы рассказать ему про свои открытия. Он задержался до самого вечера – наверняка занимался расследованием последней кражи, совершённой бандой Спэрроу.
– Уверена, ему пригодятся мои наблюдения! – сказала Мейзи щенку. Она спустилась вниз с подносом от мисс Лейн. – Берт наверняка сигналит кому-то, кто живёт совсем рядом. Кому-то из банды. Может, мне съездить в Скотленд-Ярд и попросить мистера Гранже? Но он же под прикрытием! О, вот и он! – радостно подпрыгнула Мейзи, услышав, что открывается дверь. Она поставила поднос рядом с китайской вазой на столик в коридоре.
Зашёл мрачный Фред Гранже:
– Привет, Мейзи, – пробормотал он так печально, будто расследование совсем не удалось. – Я, наверное, скоро уеду от вас, надо сказать твоей бабушке. В полиции считают, что за Бертом не стоит следить – кажется, он даже близко не подходил к месту происшествия. Может, картины ворует вообще другая банда. Кто знает… Точно не мы…
– Но Берт – член этой банды, и ему совсем не надо подходить близко к месту происшествия! – воскликнула девочка и поймала Фреда за рукав, пока он не ушёл к себе в комнаты. Эдди радостно крутился у её ног.
– Что? О чём ты? – Детектив повернулся и посмотрел на Мейзи. – Можешь, пожалуйста, принести мне горячей воды? Хочу умыться.
– Берт подаёт остальной банде сигналы – и делает это во дворе дома номер двадцать девять на Альбион-стрит, – объяснила Мейзи. Она пыталась говорить спокойно и разумно, но нотка ликования всё равно пробралась в её голос. Она ведь обнаружила такую важную улику!
– Что? На это жаловалась твоя бабушка? Что кто-то крадёт бельё? Я думал, дети шалят.
– Бандиты хотят, чтобы все так думали! – ответила девочка. – Но вот украли шесть картин – включая сегодняшнюю. И я увидела, как Берт Дайсен повесил красную нижнюю юбку на заднем дворе дома мисс Барнс. У неё это произошло уже пять раз – всегда красная одежда. А белое бельё у других домов – просто отвлекающий манёвр! – Мейзи захихикала от радости и гордости за себя, но потом вдруг вспомнила, что она серьёзная девочка. – Он передаёт послания. Я уверена. Вы говорили, полиция считает его причастным к делу. Так и есть.
Мистер Гранже задумчиво на неё посмотрел:
– Всё это притянуто за уши, Мейзи, но если ты правда видела его сегодня на заднем дворе и он менял бельё…
– Правда!
– Мне лучше вернуться в Скотленд-Ярд и всё им рассказать! – ответил полицейский.
Девочка вздохнула.
– Я не хочу, чтобы он оказался вором. В метро он был так мил! Хотя я не понимаю, почему он там работает, – добавила Мейзи. – Если он в банде Спэрроу, то вряд ли нуждается в деньгах…
Мистер Гранже уже поспешно надевал пальто:
– Наверное, для отвода глаз. Скажи бабушке, я не буду ужинать.
– Там вещи хорошо прятать в темноте… – внезапно сказала Мейзи, когда детектив подошёл к двери.
Он остановился. Медленно развернулся и посмотрел на неё с удивлением:
– В тоннелях метро? Почему же мы сразу об этом не подумали?! – воскликнул мистер Гранже. – Всё время мы искали картины не там, где надо! Надо срочно вернуться в Скотленд-Ярд! Нельзя терять ни минуты, особенно сейчас – в Лондон едет герцог!
– Какой герцог? – нахмурилась Мейзи.
– Ты не слышала? Я думал, ты читаешь бабушкины газеты. Герцог Леопольд, немецкий принц. Он родственник королевы – брат какой-то, хотя у неё столько братьев, что она сама всех их не упомнит. Он приезжает в Лондон на выставку со своими картинами, некоторые из них – настоящая драгоценность. Им сотни лет. Королева тоже посетит выставку. Начальник полиции в ужасе. Клянусь, Мейзи, когда он узнал, что приезжает герцог, поседел на глазах! Ни в коем случае нельзя подпустить банду Спэрроу к его картинам, а мы до сих пор не знаем, как их остановить! Чарли Спэрроу просто мастер в своём деле. Картины буквально исчезают.
– Может, попросить герцога не приезжать? – предложила девочка.
– Что, сказать ему, что лондонская полиция не в состоянии защитить его и его картины? Да он подумает, что мы дураки!
Мейзи пожала плечами – ей казалось, лучше выглядеть дураками, чем позволить украсть картины герцога. Но мистер Гранже вряд ли с ней согласится.
– Будет просто катастрофа. Нельзя позволить этому случиться! – твёрдо заявил полицейский. – Надо вернуться в Скотленд-Ярд и рассказать им про метро и сигналы Берта.
– А можно мне с вами? – спросила девочка, но мистер Гранже уже ушёл, и дверь за ним захлопнулась ещё до того, как Мейзи закончила вопрос.
Она осталась в коридоре одна – со щенком и с грязными чашками на подносе.
– Эдди, как же это нечестно! – жаловалась Мейзи, протирая фарфор. – Это я разобралась в деле! Наверняка он даже не упомянет меня, когда будет рассказывать начальнику о новых уликах!
Эдди выглянул из-за огромной кости, что вырыл во дворе, и сочувствующе посмотрел на хозяйку.
