Юста вошла во вкус – новые знакомые оказались весьма неплохими ребятами, с Гретой можно было занятно попререкаться, Макс тоже активно участвовал в разговоре, его влюблённость в Грету радовала сердце, хотя, одновременно, и причиняла боль, заставляя вспомнить Романа. Юста знала, что она постоянно смотрела на бывшего так же, как Макс на Грету – с огромной любовью и доверием, желанием сложить мир к ногам.
Юста иначе не умела, она всегда выкладывалась на полную, все её чувства и эмоции шли от сердца, при своих она даже не пыталась что-то скрывать, не носила никаких масок. Макс, с одной стороны, испытывал нечто аналогичное, Юста ощущала, как он дарит Грете всего себя, но с другой – он полностью закрывался, прятался от всех остальных. Будучи достаточно чувствительной к таким вещам, Юста оказалась заинтригована и пыталась что-то прочитать в те моменты, когда Макс полностью концентрировался на Грете. Потому-то, исподтишка разглядывая обоих, она и заметила, как пальцы Греты то и дело переплетаются с пальцами Дрейка.
Вмешиваться в чужие отношения – последнее дело, но Юсте стало несколько противно. Она представила себе, что Роман вот точно так же, прямо у неё под носом, под её влюблённым, обожающим взглядом, держит за руку другую, небось ещё и обнимает за спиной, а может и целует, едва только Юста выходит из комнаты…
Девушка вздрогнула от того, что Мира коснулась её плеча.
– Не спи, твой ход.
– Ой! – Юста бросила кубики, протянутые Ланом, подвинула свою фишку и оказалась на территории Дрейка. Тот смерил её прищуренным взглядом.
– Судя по всему, твой банк весьма скуден. Если я возьму с тебя полный налог, ты проиграешь.
Юста пожала плечами, не понимая, к чему он клонит. На то и игра, чтоб кто-то проиграл, а кто-то – выиграл. Ей и в самом деле не слишком везло – только Владу три круга подряд налог платит.
– Предлагаю бартер. Я пропускаю тебя сквозь все свои земли, а ты взамен выполняешь моё желание, – он склонил голову к плечу, лицо вдруг разгладилось, на губах появилась улыбка, а не усмешка.
Юста фыркнула, ей стало смешно.
– Желание человека, которого я впервые в жизни вижу? – уточнила она.
– Могу пообещать, что в этом не будет ничего неприятного, страшного или… – он еле заметно облизал губы, – непристойного.
– Дрейк… – попытался вмешаться Влад, которому все это совершенно не понравилось, но Юста прервала его:
– Я не согласна.
Дрейк раздражённо дёрнул уголками губ, но пожал плечами:
– Как хочешь. Тогда – давай деньги.
Юста отсчитала требуемую сумму и без лишних слов подтолкнула тощую пачку купюр к Дрейку. У неё действительно почти ничего не осталось, следующая выплата станет для неё фатальной. Но, каким бы заманчивым ни казалось предложение, она не собиралась рисковать. Никогда не знаешь, как и где отразиться на твоей жизни вот такое вот обещание. Дрейк был похож на человека, который не постесняется использовать желание именно тогда, когда ему это будет удобно, невзирая на её мнение.
Буквально через пару ходов после этого проиграл Макс, первым выбыв из игры. Юсту это слегка порадовало – приятно, что она всё же продержалась немного дольше. Вслед за ними двоими вылетел Лан, а доиграть ребята уже просто не успели, за окном совсем стемнело, да и метро скоро закрывалось.
Распрощавшись с хозяевами, гости направились по домам. Юсту провожали Лан и Фрейя – и это было приятно, взгляды Дрейка не предвещали ничего хорошего.
***
Внимание Греты-то он привлёк… Даже с избытком. Кто ж знал, что девчонка не купится на флирт? Обычно таких заводит смесь неизвестности и опасности с его внешностью.
– Ты что, сдурел?! – Грета изрядно сердилась, обходя осенние лужи, разлившиеся на асфальте. – Да Влад бы тебя похоронил, тронь ты её хоть пальцем!
– Я не собирался её трогать, – зарычал в ответ Дрейк. – Просто поиграть хотел.
– Зачем?! Нам нужна поддержка Влада и его группы, если мы хотим всерьёз заняться чем-то более интересным, чем бездарная трата времени поодиночке. Не вздумай все испортить.
– Она – не наша. Она никто.
– Не важно, кто она. Важно отношение к ней Влада. А он превратил важную встречу в игру, ради того, чтоб эта… школьница, – Грета подобрала устраивающее её оскорбительное определение, – могла присутствовать.
– По-моему, дело не в ней, – вмешался до этого молчавший Макс. – Просто Влад как раз спланировал ситуацию, в которой все мы потеряли преимущества и вынуждены были общаться на равных. Она – лишь предлог. И, согласитесь, у него получилось. Мы почти пять часов просто играли, без всяких штучек.
– Зачем это Владу? – прислушалась к нему Грета. – Что он получает?
– Мы хотели сотрудничать, но о чем может идти речь, если они не знают нас, мы не знаем их? А так они совершенно спокойно столько времени наблюдали за нами.
– Но и мы за ними.
Макс уклончиво кивнул, и Дрейку это не понравилось. Макс не дурак, и любовь к Грете глаза ему не застилает, ну, хотя бы, не полностью. Значит, он заметил что-то, чем не хочет делиться. С кем? С ним или с Гретой?
– И какие выводы ты сделал? – требовательно спросила Грета.
