После Первой мировой войны в Британии при специально введённых заоблачных налогах на наследство без фамильного имущества оказалась как минимум половина «джентри». Даже высшая аристократия была вынуждена продавать свои дворцы и… наследственные фамилии тем, кто в состоянии был купить. Забавно этот процесс описан у Честертона в рассказе «Проклятие странных ушей». Да, такое практиковалось. Наш бедный Афанасий Фет, лишенный в детстве гражданства России и родового имени Шеншин по недогляду родителей, весь свой век старался восстановиться в правах. Но по смерти братьев и сестер, всех племянников, взятых им под опеку, просто получил от императора указом вожделенный дворянский чин и родовую фамилию… почти в свои 80 лет. Передача имени указом всегда делалась для того, чтобы род не угасал. Бездетный Фет (Шеншин) немного порадовался… Хоть фамилию по его линии передать дальше было некому. А в Британии корона запросто торговала «свободными» именами и титулами даже при наличии прямых, но некредитоспособных с точки зрения короны наследников. Что это, как не экономический геноцид исконной национальной аристократии? В ситуации примерно такой же оказался во Франции последний князь из рода Барятинских. Он, обычный инженер, даже и не знал ничего о себе и истории своего высокого рода, бежавшего из России, из родового гнезда Марьино без гроша в кармане. Какой шок инженер испытал, приехав в бывшее родовое имение по приглашению СССР в 80-е годы прошлого столетия.
Итак, возвращаясь к нашим баранам… упомянем, что состояние «джентри» после Второй мировой оказалось ещё хуже, чем ранее после Первой. Это всё дивно описано у Агаты Кристи… прихотливо разбросаны по её романам уныние и упадок старых родов, разорённых всё тем же налогом на наследство. А как не разорить свой род при постоянной передаче наследства от одного родственника к другому по смерти на полях сражений то одного, то другого наследника?
И в первом, и во втором случае «на помощь» в Британии приходили богатые евреи. Именно они выплачивали необходимые налоги в казну короны и «закупались» именами, титулами и дворцами…
С давних пор голубоглазая и русая сельская Англия управлялась горбоносыми черноглазыми и темноголовыми пришлыми… Начиная от Вилигельма Завоевателя, через весьма определенную финансовую политику Генриха Восьмого Тюдора и далее по страницам классической художественной и приключенческой литературы, включая… да всех известных авторов и включая.
Но 29 февраля сего, 2024 года ознаменовало новую эпоху еврейского завоевания Британии…
Укродиктатор Зеленский (через свою жену) купил у короля Великобритании Карла III особняк для загородных приемов с парком, Highgrove House, за 20 миллионов фунтов! Об этом пишет британская газета London Crier. Естественно, прислугу во главе с дворецким уволили, чтобы заменить на более подходящую… новой крови в старой английской правящей династии?..
Замещёние идёт полным ходом?
И выше в Англии двигаться уже некуда?
Весь день у нас артдуэли. ВСУ били по Новой Таволжанке. Вообще, последние три-четыре дня обстреливают Шебекино из орудий малой дальности, ну, относительно малой. Похоже, что из миномётов. Но без серьёзных разрушений. Хотя и с сиренами, и оповещёниями, в том числе и голосовыми.
Сегодня около десяти вечера со стороны Волчанска опять посыпалось из РСЗО. Я предупредила сына СМС и стала считать пуски нашего ПВО. Близко и мощно, когда от окон идёт звуковая волна, сотрясая дом. Несколько заслонов на пути следования ракет, хорошая вероятность попадания по ним и уничтожения в небе. Хотя, конечно, осколки… обильный дождь из осколков разной величины от полуметра до сантиметра, пробивающий заборы и окна, тоже несёт немало беды.
…Писатель, военкор и волонтёр С. А. Бережной рассказал о том вопиющем факте, что на свалке на полпути между Шебекино и Белгородом нашли выброшенную абсолютно новую гуманитарную помощь с неистёкшим сроком годности. Это и макароны, и шампунь, и сухой душ, и носки, и бельё, и предметы личной гигиены. Всё в упаковках и красивое. Вот что это? Наверное, это предмет для разбирательств следствия? Так странно…
В связи с «гуманитаркой» вспомнилась беседа с одной жительницей нашего города. Ей около шестидесяти пяти, и без дела она сидеть не привыкла. Всю осень и зиму она ходила вязать маскировочные сети для наших бойцов. Коллектив собрался дружный, но небольшой: постоянно приходят только одни и те же. Одной старушке уже восемьдесят пять лет, и добирается она до места, где плетут сети, своим ходом и на автобусе. Каждый день хромает она из подъезда к остановке меж двух рядов придомовых лавочек. А там удобно и с семечками расположились женщины из её подъезда: сплетничают… ммм… прокурорствуют: обсуждают и осуждают… нет… просто мило беседуют «за жизнь».
— Петровна, ты куда опять?
— Петровна, что, опять сетки вяжешь? Не надоело? Или платят там много? Чего ты прёшься туда каждый день?
— Вы, чем тут без толку сидеть, пошли бы лучше со мной. Что? Платят сколько? Сто рублей час. Пойдёт?
— Не, мало. Что мы там забыли? Тебе надо, ты и иди.
