Эйфория от новой способности была пьянящей, но она тут же сменилась осознанием колоссальной ответственности. Одно дело — создать одну порцию лекарства в идеальных условиях. И совсем другое — повторить это чудо в промышленных масштабах, в хаосе переполненных лекарских палат, где цена малейшей ошибки — человеческая жизнь.
Мой Дар, мое главное оружие и надежда всей крепости, оказался обоюдоострым клинком. Я единственный, кто мог выполнять ключевые, «магические» этапы рецепта — очищение «Огненного корня» с помощью [Нейтрализации Токсинов] и финальный синтез лекарства, который теперь направляла моя [Алхимическая Интуиция].
Я был сердцем этой операции, но я же был и ее узким местом. Я не мог просто передать рецепт и заставить сотню рук работать. Без моего личного участия каждый котел с лекарством остался бы в лучшем случае бесполезным отваром, а в худшем — ядом. Придется выкручиваться, создавая своеобразный конвейер, где я буду последней, решающей инстанцией.
— Матвей! — позвал я. Мой ученик тут же подбежал ко мне. — Собери всех наших ребят с кухни.
Пока он бежал выполнять приказ, я мысленно готовил план. Вскоре в палатах собралась самая странная команда, какую только можно было вообразить. С одной стороны стояли мои поварята во главе с Федотом — одетые в простую одежду, но с прямой спиной и горящими преданностью глазами. Они смотрели на меня как на своего командира, готовые без вопросов броситься в огонь.
А с другой стороны жались к стене ученики Демьяна. Чистенькие, в своих добротных одеждах лекарей, они были ошеломлены и напуганы. Их мир рухнул: их учитель был повержен, а теперь они должны были подчиняться поваренку, которого еще вчера считали шарлатаном. Это были два разных мира, два враждующих лагеря, которые мне предстояло заставить работать как единое целое.
— Слушайте внимательно, — сказал я, внимательно глядя на ребят. — Мы будем работать сообща. У нас будет четыре поста по приготовлению лекарства. Каждый из вас будет на своем месте.
Я указал на гору грязного мха.
— Станция промывки. Матвей, ты главный. Берешь самых младших. Ваша задача — промывать «Губчатый мох» до идеальной чистоты. Каждая песчинка, каждая травинка должна быть убрана. От вас зависит чистота основы.
Матвей кивнул и тут же принялся выбирать себе помощников.
Затем я повернулся к Федоту и старшим ученикам лекаря.
— Федот, ты отвечаешь за котлы. Вы вместе с… — я указал на двух самых толковых учеников, — … варите базовый отвар из мха. Строго следовать моим инструкциям по температуре. Никакого бурного кипения.
Затем я повернулся к самому толковому и старшему из учеников Демьяна.
— Ты, — сказал я, — отвечаешь за Станцию Отварки. Вот «Огненный корень». Твоя задача — просто варить его в этом котле. Не бойся, что отвар будет мутным и вонючим, — так и должно быть. Просто вари, пока корень не станет мягким, а затем принеси котел мне.
Я подошел к центральному столу, который уже велел очистить.
— Станция Очищения. Это мой пост. Сюда вы будете приносить мне котлы с мутным отваром из «Огненного корня». Здесь я буду превращать яд в лекарство.
И наконец, я указал на маленький столик в углу.
— Это будет Станция Смешивания. Здесь будет проходить финальный этап. Никто не подходит сюда без моего приказа.
После того как я озвучил план работы, ребята уже не выглядели такими растерянными. Каждый получил свою задачу и со всей серьезностью приступил к делу.
Битва за крепость началась.
Лекарские палаты превратились в гудящую алхимическую фабрику. Младшие поварята, под четкими командами Матвея, с ожесточенным усердием промывали мох. Воду им подтаскивали воины, которых назначил Ратибор.
Федот, используя свой многолетний опыт работы с огнем, вместе с учениками Демьяна, которые с удивлением наблюдали за его мастерством, поддерживал идеальный жар под котлами с основой. Они работали слаженно, их первоначальная враждебность и недоверие растворились в общем, отчаянном труде.
Мой пост был главным «цехом», сердцем этого конвейера. Один за другим мне приносили котлы с мутным, красновато-бурым, дурно пахнущим отваром из «Огненного корня». И я, раз за разом, проводил свой ритуал с яичными белками.
Эта работа была изнурительной, она требовала предельной концентрации. Я чувствовал, как с каждым «очищенным» котлом уходит частичка моей энергии, моего Дара, но я не останавливался. Ученики Демьяна наблюдали за мной с подозрением и недоверием, видя, как я раз за разом превращаю ядовитое варево в чистое, как слеза, янтарное лекарство.
Наконец, когда первая партия основы и очищенного стимулятора была готова, я перешел на «Станцию Синтеза». Здесь, вдали от суеты, я лично смешивал компоненты, добавляя выверенную дозу вытяжки «Искра-цвета». Моя новая пассивная способность, [Алхимическая Интуиция], работала безупречно.
Я не просто следовал рецепту, а чувствовал его, интуитивно понимая, когда нужно добавить последнюю каплю, когда нужно снять котел с огня.
