— Скоро, — ответил я, хотя сам не знал точно, но верил в своего друга.
И тут это случилось. Яркая точка взмыла в ночное небо над крепостью, прочертила огненную дугу и погасла. Сигнал!
— Всем подняться! — резко скомандовал Федор.
Отряд ожил мгновенно. Воины вскочили на ноги, хватая оружие и щиты. Я уже стоял у сундука, раздавая бутылочки.
— По одному глотку каждому! — говорил я, раздавая порции. — Пить сразу, не ждать!
Воины выпивали эликсир и морщились от жгучего вкуса, но уже через минуты в их глазах загорался тот самый огонь. «Гнев Соколов» пробуждал в них хищников.
— Строй клином! — рычал десятник Иван. — За мной!
Отряд сорвался с места и помчался через лес к крепости. Разъяренные воины, накачанные боевым эликсиром, неслись на штурм.
Основной отряд достиг ворот крепости через десяток минут после сигнала.
— Ворота! — рычал десятник Иван. — К воротам!
Створки ворот распахнулись с глухим скрипом, открытые группой Борислава. За ними зияла темнота внутреннего двора крепости.
— Вперед! — рычал десятник Иван. — За князя и за род!
Первая волна воинов ворвалась во двор, и я бежал вместе с ними, сжимая в руке чекан.
Поначалу казалось, что крепость спит мертвым сном, но внезапно из-за углов зданий, из дверей казарм выскочили защитники. Человек сорок, наспех одетые, с оружием в руках. Видимо, кто-то из них заметил огненную стрелу в небе или диверсантов и поднял тревогу.
— К оружию! — кричали они. — Нападение!
— К бою! — заревел Ярослав откуда-то сверху, со стены.
Началась свалка, но это была неравная битва — наши воины, накачанные «Гневом Соколов», превратились в смертоносные машины. Они были сильнее и быстрее вражеских. Впервые я вблизи увидел действие своего эликсира и надо сказать это произвело на меня впечатление.
— Давите их! — кричал десятник Федор, врубаясь в гущу врагов.
А с тыла по защитникам ударила диверсионная группа Ярослава. Двенадцать призраков, усиленных всеми тремя эликсирами, обрушились на спины врагов. Борислав шел впереди, сея смерть.
Я держался позади, но видел все. Защитники городка-крепости бились храбро, но они были обычными людьми, да еще и были не готовы к нападению. К тому же их взяли в клещи — основной отряд давил спереди, диверсанты резали сзади.
Из казарм выбегали новые воины, но их встречала стена из щитов. Сопротивление начало рассыпаться.
— Сдаюсь! — закричал один из защитников, бросая оружие. — Мы сдаемся!
— Принять сдачу! — крикнул Ярослав. — Кто бросает оружие — тех не трогать!
Видя, что дело проиграно, все больше защитников бросали оружие. Через полчаса все было кончено.
— Потери? — спросил Ярослав у десятников.
— Десяток раненых, — доложил Федор. — Не смертельно.
— У них?
— Пятеро убитых, остальные сдались.
— Отлично, — Ярослав посмотрел на центральную усадьбу. — Пора заняться главным призом.
Центральная усадьба крепости возвышалась над остальными строениями, словно каменный великан. Именно там, в самых верхних покоях, жила семья воеводы Богдана — его жена и трое детей.
— Борислав, бери десяток лучших, — приказал Ярослав. — Идем наверх. Остальные — охранять двор, пленных и следите за слугами. — Алексей, со мной.
Я кивнул и побежал за отрядом. Толку в бою от меня было немного, поэтому я держался в кильватере отряда и старался не путаться под ногами. Одно дело фехтовать, а другое реальная драка, в которой нужно уметь держать строй и помогать товарищам, не мешая при этом.
Мы ворвались в дом, распугивая слуг и выводя из строя перепуганных вражеских воинов. Зачистив первый этаж, Ярослав пошел наверх по узкой каменной лестнице. Борислав остался на первом этаже, раздавая команды воинам.
На втором этаже нас встретили двое стражников. Они попытались было оказать сопротивление, но «Гнев Соколов» еще бурлил в крови наших бойцов. Стражники были обезврежены за секунды.
— Выше, — коротко сказал Ярослав.
Третий этаж. Наконец, мы достигли верхних покоев. Здесь было достаточно тихо, но за тяжелой дубовой дверью слышались приглушенные голоса.
Ярослав остановился перед дверью и стукнул рукояткой меча.
— Откройте миром. Никто не пострадает.
Тишина. Потом — шепот, быстрая перебранка голосов.
— Кто вы? — донесся женский голос. Твердый, но с едва заметной дрожью.
— Ярослав из рода Соколов. Ваша крепость взята. Откройте дверь, и никому не будет причинен вред.
Еще одна пауза. Потом послышался скрежет засова, и дверь медленно отворилась.
На пороге стояла женщина лет тридцати, в дорогом платье, но с растрепанными волосами и бледным лицом. За ее спиной жались двое мальчишек лет десяти и двенадцати, а на руках она держала девочку не старше пяти лет.
— Варвара? — вежливо спросил Ярослав.
— Да, — кивнула женщина, инстинктивно прижимая к себе детей. — А вы… вы и есть тот самый княжич, о котором столько говорят?
— Не знаю, что обо мне говорят, но я один такой Ярослав. — княжич шагнул в комнату, но осторожно, показывая, что не собирается никого обижать. — Прошу простить за шум, но обстоятельства, в лице вашего мужа, вынуждают.
