Той же ночью я встретился с Матвеем в нашем условленном месте за поленницей. За последние дни он окончательно оправился. Его кашель прошел, на щеках появился здоровый цвет, а в глазах вместо страха теперь горел живой огонек. Он был моим единственным доверенным лицом в этой крепости, моими ушами и глазами.
— Мне снова нужна твоя помощь, Матвей, — сказал я тихо, убедившись, что нас никто не слышит. — Но на этот раз задача сложнее.
— Я сделаю все, что скажешь, Алексей, — без колебаний ответил он. Его готовность служить была почти фанатичной.
— Мне нужно, чтобы ты слушал, — продолжил я, глядя ему прямо в глаза. — Слушал все. Жалобы стражников, их насмешки друг над другом, ругань десятников. Мне нужен отряд лучников, который все в этой крепости считают отстающим. Такие, чтобы их неудачи были хорошо известны и их командира постоянно ругал кто-то из начальства. Понимаешь? Мне нужны неудачники.
Матвей на мгновение задумался, а затем его лицо прояснилось.
— Кажется, я знаю, о ком ты, — прошептал он. — Я поспрашиваю и все выясню.
Рассчитываю на тебя, дружище, — кивнул я и паренек просиял от радости.
Два дня я ждал, продолжая свою рутинную работу и тайные кулинарные изыскания. Намеренно не торопил Матвея, понимая, что спешка в таком деле может привести к провалу. Наконец, на третий день, когда я чистил овощи в углу кухни, он подошел ко мне под предлогом того, что нужно вынести очистки.
— Отряд лучников десятника Гаврила, — прошептал он так тихо, что его слова были едва слышны за шумом кухни.
Я замер, продолжая скоблить брюкву.
— Отряд набрали совсем недавно, — продолжал Матвей, — Там очень много новичков. Другие стражники над ними смеются, говорят, что они главные умельцы по расстрелу воздуха. Дважды в неделю у них учебные стрельбы, и они всегда показывают худшие результаты.
Он сделал паузу и добавил самое главное:
— Гаврил из-за этого злой ходит. Говорят, Степан Игнатьевич его после каждых таких стрельб к себе вызывает и за плохие показатели выговаривает.
Я мысленно улыбнулся. Идеально. Просто идеально. Вот он мой «проблемный актив», который находится на личном контроле у управляющего. Их внезапный, чудесный успех станет той самой аномалией, которую невозможно будет проигнорировать.
— Молодец, Матвей, — так же тихо сказал я. — Отличная работа. Теперь забудь об этом разговоре.
Он быстро кивнул и, подхватив ведро с очистками, скрылся, а я остался со своей брюквой, но в голове у меня уже рождался новый, дерзкий рецепт. Рецепт не для выживания и не для лечения. Рецепт для демонстрации силы.
Задача, которую я поставил перед собой, была на порядок сложнее, чем простое повышение выносливости. Одно дело — накачать уставшие мышцы энергией. Совсем другое — воздействовать на такие тонкие вещи, как работа нервной системы и органов чувств. В своем тайнике, в тишине и полумраке, я провел мысленный разбор проблемы, как когда-то разбирал на составляющие классические соусы.
«Что мешает уставшему человеку попасть в цель из лука? — размышлял я, глядя на тлеющие угли. — Первое и главное — тремор. Мелкая дрожь в руках от мышечного истощения и нервного напряжения. Второе — потеря концентрации. Разум плывет, сложно сфокусироваться на цели. Третье — „замыленный“ взгляд. Глаза тоже устают, теряют остроту».
Мне нужен рецепт, который бы нанес удар по всем трем направлениям. Это будет мое первое настоящее функциональное блюдо, почти алхимическое зелье, замаскированное под похлебку.
Я начал ревизию своих запасов. Для основы нужен был белок и правильные жиры, чтобы стабилизировать нервную систему. Я вспомнил о куске вяленой соленой щуки, который спер на кухне припрятал пару дней назад. Его плохо хранили, и он начал усыхать и становиться жестким. Для господского стола он был уже непригоден, но для моих целей подходил идеально. [Анализ] показывал высокое содержание Омега-3 жирных кислот, которые были мне нужны.
Для зрения ответ был очевиден — дикая морковь, несколько сморщенных, но все еще крепких корнеплодов, которые я принес из леса. Мой дар услужливо подсвечивал в них высокое содержание [бета-каротина].
Для концентрации и калорийности идеально подходили лесные орехи, которые я растолок в пасту.
Не хватало только главного — компонента против тремора. Я перебрал в памяти все травы, что нашел во время вылазки и вспомнил невзрачное растение с мелкими синими цветочками, которое сорвал интуитивно. Система тогда пометила его как «Тихоцвет».
[Объект: Тихоцвет луговой]
[Свойства: Содержит алкалоиды успокаивающего действия.]
[Скрытые свойства: При употреблении в малой дозе обладает эффектом [Снятие нервного напряжения (слабое)]. Снижает непроизвольные мышечные сокращения.]
[Предупреждение: В большой дозе вызывает сонливость и замедление реакции.]
Вот он ключевой ингредиент. Я отмерил буквально щепотку сушеных листьев — ровно столько, чтобы стабилизировать руки, но не вызвать сонливости. Ночью я снова выбрался в свое убежище, чтобы приготовить новое блюдо.
