Раз в месяц одно из поселений королевства Фиор обязано принести дракону человеческую жертву. Настал черед деревни Магнолия. И жребий падает на дочь старосты Хартфилия...
========== Глава 1 ==========
В сказках похищенных драконами принцесс всегда спасали могучие рыцари. Люси любила эти истории, в детстве она представляла себя то нежной принцессой, то бравым воином, сражающим сияющим мечом крылатого монстра. Став старше, Люси начала сочинять свои сказки, мечтая когда-нибудь стать известным писателем.
Но всем ее мечтам суждено было разбиться вдребезги.
Настала очередь деревни Магнолия принести особую жертву, которую раз в месяц королевство Фиор отдавало дракону.
Не коров, свиней и коз, которых дракон забирал обычно.
Человеческую жертву.
Юношу или девушку с нежным мясом, которое дракон сможет с наслаждением рвать зубами.
Жребий выпал на Люси, но ее отец, староста деревни, пытался схитрить. Он воспользовался законом о единственном наследнике, который не позволял отдавать в жертву дракону юношу, являющегося единственным ребенком мужского пола в семье. Отца не смущало, что Люси — девочка. Он призвал на помощь все свои связи среди чиновников главного города провинции, Рододендрона, открыл сундуки с деньгами… Ему наверняка удалось бы организовать новую жеребьевку, в которой Люси бы точно не участвовала. Но она сама воспротивилась, не желая покупать свою жизнь ценой чьей-то другой. На смерти и горе не построишь счастье. А что, если жребий падет на ее лучшую подругу книгочея-Леви? Или на смешную, романтичную Джувию, с детства бегающую за своим возлюбленным Греем? Да и сам серьезный Грей может оказаться жертвой. Или на корм дракону пойдет строгая, но добрая охотница Эрза. А ведь она собиралась замуж за своего любимого Джерара. Вот только они оба были столь застенчивы, что никак не могли сделать последний шаг. И ведь брак был бы для них спасением. В жеребьевке участвовали только неженатые юноши и незамужние девушки.
Нет, Люси не могла позволить, чтобы вместо нее погиб кто-то другой. Жребий вытянула она — значит это судьба.
Напрасно отец кричал на Люси и грозил страшными карами. Она оставалась непреклонной. Возможно, если бы отец просто сказал, что ее смерть принесет ему боль, она бы сдалась. Но отец говорил лишь о том, что она рушит все его надежды. О да, ведь у него были такие планы на красавицу-дочь! Выдать ее повыгоднее замуж и подняться с жалкой должности деревенского старосты чуть выше по социальной лестнице.
Быстрая смерть в зубах дракона была, пожалуй, даже лучше судьбы жены одного из мерзких и заносчивых дворянских сынков.
Отец все же попытался запереть Люси дома, но тут уж взбунтовались жители деревни. Рано утром в день, когда должен был прилететь дракон, сельчане собрались с вилами да топорами у дома старосты и потребовали выдать дочь. Люси вышла сама. С трудом выдавила дрожащую улыбку и сказала, что ее не нужно связывать. К ней со слезами бросилась Леви, зарыдала Джувия и вскоре уже все женщины огласили воздух погребальным плачем. Люси самой хотелось рыдать, но она до крови закусила губу. Казалось, что если она позволит прорваться хоть одной слезинке, то потеряет всю решимость, сбежит назад в дом, запрется на сотни замков и ни за что не пойдет на площадку для жертвы.
— Да как вы можете!
Через толпу к Люси протолкался Джерар, встал рядом. Огонь факелов отразился в его глазах пламенем ярости.
— Вот так запросто отдадите девушку на растерзание монстру? Трусы!
— Верно! — присоединилась к нему Эрза, вскидывая топор. — Давайте соорудим метательные орудия и зададим дракону жару!
— А потом он нам задаст! — взвизгнул кто-то из толпы.
— Всю деревню спалит! — вторили ему.
— Не отдадим одну девку сейчас, дракон всех сожрет!
— А вы и рады кем-то пожертвовать, лишь бы ваши дома да скотина целой остались! — крикнул Грей, вставая рядом с Джераром.
— Вы молодые еще, — веско произнес кузнец, перекрывая своим басом гомон толпы. — Не понимаете, что все наши мечи, копья и всякие метательные машины дракону, что комариные укусы.
— Как раз потому, что мы молоды, мы и видим возможность другого выхода, — холодно бросил Джерар. — С драконами никто не пытался сражаться, все покорно тащили им жертвы.
— Пока не попробуем, не узнаем можно ли их победить, — добавила Эрза.
— Твое «попробуем» обойдется кучей трупов, — бросили из толпы.
Разгорелся спор, кое-кто из мужчин уже потянулся к оружию. Ситуацию накалил призыва отца Люси:
— Не позволим драконам убивать наших дочерей!
— Да ты только о своей дочке и печешься! — тут же ответили ему из толпы.
— Мы не хотим подыхать за дочку старосты!
— Как сыр в масле каталась, вот теперь пускай дерьма пожрет!
— Это наказание свыше за жадность старосты! За то, что он нас обирал!
— Люди, да что вы несете, вы же девочку на смерть отдаете!
Сама Люси мраморной статуей замерла в объятиях плачущих подруг. Но видимое спокойствие скрывало ураган эмоций в душе. Тут был и страх, и возмущение теми, кто готов легко принести ее в жертву, и беспокойство о том, что может начаться драка.
«Ты не обязана умирать за этих людей», — вкрадчиво шептал внутренний голос.
«Но я не могу позволить, чтобы за меня умер кто-то другой», — спорила с ним Люси.
«Однако они могут это себе позволить…»
