Риторика семнадцати первых сонетов заимствует свои аргументы у Венеры, стремящейся убедить Адониса уступить ее желаниям и зачать ребенка, чтобы сделать вечной ее красоту. Нужно, пока не поздно, чтобы красота, найдя партнера, воспроизводилась, давая жизни жизнь и сохраняя от старости и от смерти свежесть черт в лице зачатого ребенка:
Поэт множит вариации, создавая гирлянду из 17 сонетов на ту же тему.
Однако уже в первых сонетах Шекспир больше чем проводник вечного целомудрия или матримониальных устремлений семьи, заключившей с ним контракт, чтобы он убедил ее отпрыска взять жену, используя прекрасное средство поэзии. J же очевидны личное отношение к молодому человеку. впечатление, которое производит на пего его красота:
Не астрофил ли здесь Шекспир, влюбленный в две эти упавшие на землю звезды, какими являются глаза молодого человека?
С первых сонетов утверждается необходимость борьбы со старостью и со смертью, являющимися фигурами Времени, монстра, с особым удовольствием пожирающего краев ту. 11 Шекспир рисует губительные последствия времени
И жестокость времени не минует молодого человека. Произведение на свет — первоклассное оружие в борьбе против смерти и забвения, но у поэта есть другое средство, которое он представляет молодому человеку: дар бессмертия, дарованный ему», его поэзией. Шекспир предельно искрен, когда он представляет себя носителем вечности, и он уверен в силе своего искусства Последний сонет группы заканчивается двойным обещанием бессмертия:
Нет никакого отвлечения от изначального призвания, каковым было побуждение молодого человека к жени тьбе: просто впредь превалирует дружба в обстоятельствах, которые сонеты не раскрывают, по которые, несомненно, требуют предостережения и разъяснения. Это дело сонета 20:
