— Да я и сама не очень-то переживаю. Ладно, выбираемся из этого тухлого местечка.
Со стороны кухни, мимо которой мы в данный момент крались, и впрямь нещадно смердело, я даже нос зажала, чтобы не расчихаться от резкого и неприятного запаха. Видимо, повар в этом доме был весьма деятельным экспериментатором, ну, или, просто безответственным пройдохой…
— Возвращайся домой, пусть лешак успокоится, а то уже всю округу перебаламутил, — мать взглянула в сторону леса и нахмурилась.
— И с чего ты так отца не любишь?
— Да пень он! Ему такое счастье привалило, а он его проворонил!
Мне невнятное объяснение никакой новой информации не добавило, а вот матушка продолжать разговор на данную тему не захотела.
— Все, иди. Обо мне никому ни слова. Сама сбежала — и пусть все ищут твои скрытые таланты, — посоветовали мне на прощание.
— Спасибо, и будь осторожней. Варлекс очень непростой соперник, — не осталась в долгу и я.
— Я тоже не ребенок, и вполне могу посоперничать даже с такими хитрецами, как мой женишок. Лешему — привет! — матушка ехидно хихикнула и махнула мне рукой.
Мне ничего не оставалось, как накинуть на себя морок и отправляться в лесной терем.
— Руслена? Как? Откуда? — отец встретил меня на самой опушке.
— Сбежала, — односложно ответила я, проходя мимо отца.
— Но почему? — отец, видимо решил, что сбежала я из дворца, и разубеждать я его не стала, горестно вздохнув.
— И что теперь? — ветки на моем пути расступились, и я заспешила вперед.
— Буду ждать… — на ходу бросила я.
— Чего? — отец, видя мою торопливость, крутанул рукой, и дорога сократилась вдвое.
А я так не могу…
— Пока за мной придут, — запоздало ответила я, поднимаясь на крыльцо.
— О, женщины! Что же творится в ваших головах, раз вы устраиваете такие игры?
— Это совсем не игра, и не говори никому, что я вернулась.
— Вот об этом могла бы не просить. Каким бы странным ни было твое решение, я уважаю твой выбор и против него не пойду, — в голосе отца чувствовалось тщательно скрываемое раздражение.
Я ненадолго задержалась и улыбнулась родителю:
— Я знаю, и очень благодарна тебе за это. А теперь мне нужно отдохнуть, очень много сил дорога отняла.
Я даже не лукавила. Магическое зелье во мне еще не выветрилось, и в сон клонило по-прежнему. Но теперь мне хотя бы переживать не о чем. Здесь надежные стены.
— Отец, если я просплю лишний день или два, не беспокойся, так и должно быть, — предупредила я отца.
Он внимательно посмотрел на меня, недовольно посопел, но ничего говорить не стал, кивнув.
Уф, наконец-то можно расслабиться. Я дома, у меня любящие родители, а Валдеш скоро поймет, что такое настоящие чувства, ведь не просто так мне об этом матушка сказала? Нужно только немного подождать…
Дарвальд вышел, а Варлекс обеспокоенно посмотрел на закрывшуюся за братом дверь.
И что означали его последние слова? Он что-то знает такое, о чем другие даже не догадываются?
Варлекс потер переносицу и основательно задумался. Он хорошо зацепил Валдеша словами о Руслене, это чувствовалось, и уже готов был к магической дуэли, только принц как-то резко успокоился и даже не стал настаивать на возвращении невесты. Это было странно и непонятно, а Лексаш очень не любил такие ситуации. Вот если бы Дарвальд вступил в открытый конфликт, то можно было бы не беспокоиться, но братец повел себя непредсказуемо.
— Неужели успел у меня в мозгах поковыряться? Так я бы почувствовал, да и не был никогда Дарвальд силен в ментальной магии. Тогда что?
Ответа Варлекс так и не нашел, а потому решил проверить, что там с Русленой. Может, ему специально зубы заговаривали?
Лексаш заторопился в подземелье.
А у Дарвальда были свои невеселые размышления. Пусть он теперь и знал, что Варлексу от Дивлены не удастся избавиться, но слова брата о поцелуях терзали душу ревностью и обидой. Получается, что русалка позволила себя похитить, поэтому и выглядел Варлекс таким самоуверенным.
Выводы были настолько болезненными для самолюбия принца, что он поспешил запереться у себя в комнате, чтобы случайно не сорвать свою злость на ком-нибудь постороннем.
Принц долго метался по периметру комнаты, перед его глазами то и дело всплывало улыбающееся лицо братца.
— Но почему он? Что со мной не так?
Дарвальд остановился напротив зеркала и вгляделся в свое отражение.
Зеркало наследника не порадовало. Темные круги под глазами, недобрый взгляд из-под сведенных к переносице бровей, впалые щеки, а уж одежда и вовсе выглядела непрезентабельно…
— Кр-расавец, — зло процедил Дарвальд, отворачиваясь.
Рука его непроизвольно потянулась к шее, но замерла на полпути. А, может, и впрямь разорвать эту глупую помолвку? Зачем мучиться самому и доставлять неприятности девушке? Ведь она может быть по- настоящему счастлива с Варлексом…
Да что с ним такое? Откуда эти мысли?
— Ну уж нет! Этому хлыщу я ни за что не уступлю. Руслена — моя!
Пальцы Валдеша крепко сдавили жемчужину, и он почувствовал слабый отклик. Ведьмак обрадовано начал выстраивать поисковик, но ниточка была такая тоненькая, что у него ничего не получилось.