— Понимаю. Я сожалею. Но предыдущий опыт подсказывал мне, что это сработает. И, как объяснял вчера, я не мог предложить тебе любовь. Но был уверен, что ты захочешь что-то взамен. — Он опустил руки и вздохнул. — Если я попрошу у тебя прощения, мы не могли бы вернуться к моменту, когда у тебя впервые появился интерес ко мне?
Официант принес им шампанское, разлил по фужерам, поставив бутылку в ведерко со льдом, удалился.
Ты имеешь в виду — к моменту, когда я впервые увидела тебя в компании с человеком из агентства по торговле недвижимостью, когда ты приезжал осматривать дом? — подумала Джойл. Она постаралась говорить вслух, не так прямо, хотя это было для нее нелегко.
— Ты все еще хочешь заняться любовью со мной?
Дон не медлил ни секунды с ответом, лишь придвинулся еще ближе к ней.
— Да.
— А ты не спрашивал себя почему? — спросила она. — То есть, если мне не нужны деньги, что будет потом?
Донован понял, куда она клонит. Он решил, что должен сразу дать ей понять, что в этом плане ей не на что надеяться.
— А что может быть потом? — ответил он без стеснения. — Хорошее занятие любовью. Удовольствие и близость, которых ты нигде больше не получишь. У тебя случалось это с кем-нибудь после мужа?
Джойл не обидел вопрос. Она понимала, что Дон преследует свои цели, так же как и она свои.
— Нет, — чистосердечно ответила она. — Я и не хотела этого ни с кем больше.
Он заглянул ей в глаза.
— Я читаю по твоему лицу, когда вглядываюсь в него. — Он дал ей поразмыслить немного над своими словами, а затем безжалостно продолжил: — Но как у нас может быть что-то по любви? Мы же провели вместе в сумме не более пяти часов.
Джойл не стала отрицать своих чувств. Но было бы гораздо проще, подумала она, если бы Дон понял, что он сам испытывает.
— Ты что, хочешь сказать, что это только мое тело хочет тебя?
Он подумал секунду, а затем кивнул.
— Да, я думаю, так и есть.
Джойл покачала головой со снисходительной терпимостью.
— И подтверждая это, ты хочешь, чтобы я передала Шоколадной Мстительнице, что ты изменился? Да она тебе в следующий раз гирю на голову сбросит.
Закатив глаза, Донован чокнулся с ней.
— За мужчину и женщину, — сказал он.
Джойл выпила за это — за одно из самых чудесных уравнений жизни.
— Это же просто вопрос практичности, — проговорил Дон, ставя бокал на место. — Мужчина и женщина созданы друг для друга. Это часть замысла Всевышнего. Так зачем нужно усложнять то, что и так гениально в своей простоте? Это же райское наслаждение. Почему же мы должны оправдываться за сексуальные отношения, навешивая на них брак?
Они ели, продолжая спорить. Джойл смотрела на Донована, неглупого мужчину в расцвете сил, и думала, как грустно, что тому так не хватает способности любить. С ее стороны было бы глупо пытаться его изменить, она только разочаруется еще раз. Хотя что-то в сердце подсказывало, что риск стоит того. В конце концов, сейчас как раз была пора влюбленных, разве не так?
Донован налил ей еще шампанского, потом дополнил до верха свой фужер. Он провел рукой по ее волосам.
— Ты очень голодна? — спросил он, наконец. Меньше всего сейчас мозг Джойл был занят мыслями о еде. Она отрицательно покачала головой.
— Тогда, может, отменим заказ? Потанцуем, а потом снимем номер, разберемся, кто из нас прав.
Сердце Джойл взволнованно заколотилось, а во рту пересохло. Она договорилась с Ритой, чтобы та осталась у нее на ночь как раз на подобный случай.
Она взяла шампанское, улыбка ее просто сверкала, но сердце пребывало в смятении.
— Так мы и сделаем, — проговорила она.
Медленная музыка разливалась по залу. Джойл всем телом прильнула в танце к Дону. Тепло его руки разливалось по ее спине. Груди ее были прижаты к его телу, их кончики были возбуждены, так что каждое движение отдавалось в них сладким мучением.
Ноги ее томно двигались неотрывно от его ног, его колено терлось о внутреннюю поверхность ее бедра.
Наконец мелодия закончилась, и они застыли, посреди, темного зала, не желая — или не в силах — сдвинуться с места. Джойл чувствовала себя частью Донована, словно все ее желания до единого совпадали с его желаниями, а все ее мысли — с его мыслями.
Почему бы им просто не заняться любовью и не заполнить ту пустоту внутри, которая мучила их обоих? Что толку загромождать отношения эмоциями и обещаниями, которые так часто становятся причиной разрыва?
Группа на эстраде заиграла «Мой любимый Валентин» в романтической блюзовой аранжировке, и Джойл подумала, что на самом деле в этом был толк. Она ведь убеждена, что отношения, которые строятся на основе любви, могут дать двоим счастье. Она знала, как чудесна любовь. Что бы они с мужем ни делали, она всегда руководствовалась любовью, и ничто не могло этого изменить.
Они снова начали танцевать, хотя на площадке вдруг набилось столько народу, что им оставалось только переминаться на одном месте.
