В мире цветочных брызг,Тайных радуг и мотыльков,Забывания и реприз,Возвращения прежних оков,Где не знаешь ты ничего,Открываешь себя, ничто,На коленях или ничком,Непонятное «кто» или «что».Среди этих цветочных брызг,Тайных радуг и мотыльков,Где всё Бог – и море, и бриз,Потолок и вне потолков, —Кроме Милости, что здесь пить?Что увидеть, кроме Него?Чем душе человечьей жить,Если Он – в дыханье её?<p>Плётка</p>На днях была вой на. Всходило солнце,Блистало сельдью в заводях стекла.Обычная, привычная теклаЖизнь адыгейца, каталонца.И в новостях переливали кровь,И не было бескровного канала.Под плёткой слов, незримая, стоналаЛишённая всех тайн своих любовь,Лишённая величия любовь,Лишённая возмездия любовь.<p>Степь</p>Дорога, древняя, как этот мир.Седые камни, выбитые ветромНа неоглядном веере пространств.Полыни терпкой сизые кустыПод царственным осенним солнцем.И музыка цикад. И тишь.Людей не надо здесь.<p>Вопросник о счастье</p>Милое детство моё,Не ведающее Ангелов,Беззаботное нечто,Просто не верящее,Что за солнечной занавескойВоскресного дняПритаилась жизньС её коготками,Локтями, оскалами злости.И там,В старом списке событий,Расписано, что однаждыТы родился,Однажды умрёшь.Милое детство моё.<p>Космический танец</p>Таинственно, что всё не так:Кто видит свет, кто – только тени.И зренье лишь условный знакНедооткрытых откровений.Но, если Время отстоитсяВ сердцах, как в солнечных прудах,Святому зрителю приснитсяТо, что незримо в трёх мирах.Он сможет видеть, как, рисуяМиры Движением одним,Мать тёмно- синяя танцуетПред Господом Своим.<p>Океаничность</p>Расписан день и час того, что не случится.Примерит Океан сандалии Басё.А жизнь и смерть лишь поменяют лица.И это всё.<p>Солнечные терема</p>Я забываю, что я знаю.Мы суть и сон, вода и кровь.Стиха стихия огневая —Души таинственный покров.Мы суть и сон. Ничто не тщетно,Хотя живём наоборот.Изнанка жизни незаметна,И смысл в трагедиях не тот.Всё предстоит опять. КометаВозникнет там, где ждут её.Никто другой не видит этоТаким же… Старое ружьё,Давно прописанное в сцене,Должно бы выстрелить уже,Но ты молился об отмене,И все забыли о ружье.И это очень просто, просто:Я суть и сон, и в этом снеБыть сутью трав, быть сутью в звёздах,Быть Этим, когда То – во мне.Ни тяжести, ни дна, ни тела,Где тяжесть, дно и грозди тел.Ничто не тщетно. Нет предела,Когда его ты не хотел.Ни тяжести, ни дна, ни тела —Светящийся простор ума,Молчание в противовес пределу.И солнечные терема.<p>Весной, когда так хочется дышать</p>
