Внизу, под скалой, с которой свисала веревочная лестница, Кинжал Закона и ма-ни-па ждали своего спутника, который взобрался наверх, чтобы осмотреть окрестности. Они не замечали Пыльную Мглу, ловившего в отдалении цикад и, опасаясь их спугнуть, двигавшегося очень плавно и осторожно… Его голова лишь иногда показывалась над скоплением камней и снова исчезала, когда мальчик, полуприсев, набрасывался на добычу. Лошадь же, которую он увел с собой, оказалась скрыта за крупным обломком скалы.
В тот момент никто из троих монахов даже не подозревал, что за стеной перед ними прячется книгохранилище монастыря Спасения и Милосердия. Знали бы они, как легко в него проникнуть! Как быстро смогли бы разрешиться тогда многие проблемы…
— Хорошо спали? — спросил Улик у Кинжала Закона и Пяти Защит, когда они вышли к завтраку в общую залу постоялого двора.
— Он — очень плохо. Ворочался всю ночь с боку на бок. Мучался животом. Можно мне сходить на рынок за снадобьем? Лучше будет поискать там лекаря. А то ему и в неделю не выздороветь… — Пять Защит кивнул на Кинжала Закона, выглядевшего не лучшим образом и глухо стонавшего время от времени.
Эта уловка входила в план побега, разработанный совместными усилиями. Все ради намеченной цели — постучать в ворота местного буддистского монастыря и обратиться к его настоятелю Центру Равновесия с рекомендациями Безупречной Пустоты и с просьбой о помощи в избавлении от неволи — и самих пленников, и небесных младенцев, ведь те по-прежнему оставались в руках персидского вождя. Улик перевел сказанное Маджибу, у которого со времени прибытия в оазис удивительным образом улучшился характер. Тот милостиво кивнул в знак согласия и сказал лишь несколько слов.
— Вождь Маджиб разрешает вам идти. Но он заботится о том, чтобы дети пребывали в добром здравии, а потому советует не задерживаться, чтобы вечером успеть их умыть и покормить!
— Мы вернемся к закату, — поспешно подтвердил Пять Защит.
— Может, я пойду тоже? — спросил ма-ни-па. — А то… вдруг ему станет совсем плохо, и я подставлю плечо?
Маджиб милостиво согласился и на это.
Перед уходом Пять Защит с помощью Лапики накормил детей, изумив при этом слугу, который впервые увидел огромную желтую собаку в роли кормилицы. Потом все трое монахов, не теряя ни минуты, торопливо прошли на конюшню. Прямо Вперед возрадовался при виде хозяина и затанцевал на месте. Кинжал Закона за мелкую монетку нанял на конюшне лошадей для себя и ма-ни-па. Последний не был привычен к седлу, однако не стал жаловаться.
Снаружи немилосердно припекало солнце, уже успевшее нагреть камни мостовой, где торговцы сухофруктами и сладостями спешили расставить свои лотки.
— Как думаете, Центр Равновесия нам не откажет? — в десятый уже, наверное, раз возобновил разговор Пять Защит.
— Его долг — помочь нам! У нас в Индии монах Малой Колесницы никогда не откажет в помощи другому буддисту, попавшему в затруднительное положение. Полагаю, среди последователей Большой Колесницы бытуют те же правила.
Пять Защит на время успокоился, но задумался теперь, как им найти дорогу. Он подъехал к пожилой дородной торговке лепешками и вежливо поинтересовался:
— Госпожа, не знаете ли вы, где находится большой буддийский монастырь?
— Буддийский? А какой именно? Здесь их мно-ого! Тридцать, а то и больше! И все разные! — жизнерадостно ответила старушка. От широкой улыбки все ее лицо пошло мелкими складочками многочисленных морщин.
— Разные? — озадаченно моргнул Пять Защит. Он задумался. — Ну… я ищу монастырь Большой Колесницы, который расположен внутри горы. Я не думал, что его будет сложно найти!
— Монастырь Большой Колесницы, внутри горы? А, тогда ясно, здесь только один такой! Вам нужно вон в ту сторону. Выедете из предместья — езжайте прямо по пустыне, начхать, что дороги нет. Сами увидите издалека — большая розовая скала, мимо не проедете!
Торговка вдруг внимательно оглядела молодого человека, а затем и его спутников. Подмигнула, быстро скрутила кулек из соломенной плетенки, закрепив тонкой палочкой, и кинула в него три сочащиеся жиром свежие лепешки:
— На дорожку!
— Сколько мы вам должны, госпожа?
— Ничего не нужно! Вижу, все вы духовные лица. Считайте, я внесла скромный вклад в вашу общину.
— Но если я хочу заплатить? Кажется, у вас пока мало покупателей.
— Даже слышать не хочу! Тоже сравнили: три лепешки и хорошая карма! Пусть я делаю совсем маленький шажок, пообещайте молиться за меня при случае, — зачастила благочестивая торговка. Взять плату она наотрез отказалась и с радостью приняла благословение.
Лепешки оказались отменными, просто таяли во рту. Но стоило ли считать это добрым знамением?
Как и уверяла торговка, едва они миновали последние дома Дуньхуана, на горизонте показалась огромная отдельно стоящая скала розоватого цвета: освещенная лучами утреннего солнца, она напоминала дракона, прилегшего отдохнуть на горячем песке.
— Никогда не бывал в Китае. Интересно, Великая стена столь же высока? Думаю, так и есть… — пробормотал Кинжал Закона, очарованный непривычной картиной.
