Половинки лица снова сомкнулись – так сдвигаются дверцы лифта. Лицо опять стало целым и укоризненно посмотрело на меня. Этот укоризненный взгляд выглядел очень забавно и гротескно, потому что половинки лица соединились не совсем симметрично.
– Я разочарован, – прошептал призрак. – Ты невнимательно слушала меня. «Смерть в Жизни и Жизнь в Смерти», вот что я сказал. Проблема в том, что ты глупа, Люси. Глупа и слепа. Ты не видишь доказательств моим словам, а они между тем окружают тебя повсюду.
Издалека, с кухни, до меня долетел звон посуды. Я облизнула пересохшие губы:
– Не нахожу смысла в твоей дешевой трескучей болтовне.
– Тебе нужно, чтобы я нарисовал картинку? – простонал голос. – Открой свои глаза и уши! Включи свои мозги, девочка! Никто другой этого сделать просто не сможет. К тому же ты одна.
Я тряхнула головой, чтобы прочистить свои мозги. Попробовала увидеть себя со стороны – вот я стою, руки в бока, и спорю с зеленым лицом в банке. Картина!
– Неправда, – сказала я. – Я не одна. У меня есть друзья.
– Кто? Этот жирный Джордж твой друг? Или обманщик Локвуд? – Лицо сморщилось в усмешке. – О, потрясающе. Какая команда, какая компания!
– Обманщик?.. – До этой минуты в голосе призрака было что-то гипнотизирующее, его невозможно было не слышать, ему трудно было не верить. Но сейчас в нем прозвучало столько злорадства, что я отшатнулась.
– Ну-ну, стоит ли так возмущаться? – прошептал голос. – Локвуд скрытный, лживый мошенник, и ты знаешь, что это так.
Это было так абсурдно, так нелепо, что я рассмеялась.
– Ничего подобного, – возразила я.
– Тогда иди, – раздался шепот. – Вот дверь, она подвешена на петлях. Открой ее.
Так мне и нужно было поступить. Неожиданно я почувствовала, что не могу больше быть одна, наедине с этим убедительно и радостно шепчущим голосом.
Я пересекла комнату. Положила пальцы на дверную ручку.
– Кстати, о дверях. Однажды я видел, как ты стояла на лестничной площадке перед запретной дверью. Тебе до смерти хотелось заглянуть в нее, разве нет?
– Нет… – замерла я на месте.
– Хорошо, что не заглянула. Ни за что оттуда бы живой не вышла.
Мне показалось, что пол покачнулся у меня под ногами.
– Нет, – вновь сказала я. – Нет.
Я обхватила пальцами ручку и начала ее поворачивать.
– Я далеко не единственная вещь в этом доме, которой стоит опасаться…
– Локвуд! Джордж! – Я распахнула дверь и обнаружила, что во весь голос кричу прямо в их удивленные лица. Локвуд так вздрогнул от неожиданности, что расплескал половину какао из своей кружки на ковер в холле. Джордж проявил чудеса эквилибристики и сумел-таки удержать поднос с чипсами и сэндвичами. Я втянула их обоих в комнату.
– Он разговаривает! – крикнула я. – Призрак в банке! Смотрите! Слушайте!
Я указала рукой на банку. Как и следовало ожидать, призрак ничего не сказал. Как и следовало ожидать, лицо превратилось в бесформенный комок плазмы, стало тусклым, неподвижным и не более интересным, чем попавшая в банку с джемом мутная капля дождевой воды. Сквозь облачко плазмы я рассмотрела скаливший на меня зубы череп. Между зубами поблескивали металлические скобки, которыми череп был прикреплен к дну банки.
У меня опустились плечи. Я глубоко вдохнула и упрямо повторила:
– Он говорил. Он действительно говорил со мной. Если бы вы пришли минутой раньше…
Я посмотрела на них так, будто они виноваты, что опоздали к этому разговору.
Они ничего не сказали, просто стояли на месте. Джордж поправил кончиком мизинца собиравшийся упасть с подноса сэндвич. Наконец Локвуд прошел к столу, поставил на него кружки, затем вытащил из кармана носовой платок и вытер испачканные какао пальцы.
– Идите пить какао, – сказал он.
Я уставилась на ухмыляющийся череп. Меня переполняла злость. Я сделала быстрый шаг вперед. Если бы Локвуд не успел схватить меня за руку, я, наверное, шарахнула бы эту банку о стену.
– Все в порядке, Люси, – сказал он. – Мы тебе верим.
– Хорошо, – сказала я, устало приглаживая волосы.
– Садись. Поешь и выпей какао.
– Да, – я сделала, как он сказал. Какое-то время мы все сидели и пили какао, потом я сказала: – Все было так же, как в первый раз там, в подвале. Он просто взял и заговорил. Мы с ним… побеседовали.
– Настоящий двухсторонний разговор? – спросил Локвуд. – Вопрос-ответ? Неужели это действительно настоящий Третий тип?
– Несомненно.
– Каким был разговор? – поинтересовался Джордж.
– Он меня… раздражал, – ответила я, посмотрев на замолкнувшую банку.
– Марисса Фиттис писала, что общаться с призраками Третьего типа опасно, – медленно кивнул Локвуд. – Что они искажают смысл ваших слов и играют на ваших чувствах. Она говорила, что если не быть осторожным и внимательным, то постепенно попадаешь под их влияние и начинаешь действовать не по своей, а по их воле…
– Нет… Этот разговор меня только раздражал, не более того.
– Что он тебе сказал? – спросил Локвуд. – Какими тайнами поделился?
