– Я ничего такого не хотела, – сказала я. – Просто уронила деньги, – в подтверждение своих слов я раскрыла ладонь. – Все в порядке. Я их почти все собрала. Остальное можете оставить себе… – Под их взглядами моя вымученная улыбка начала стремительно увядать. – Э… у вас прелестный магазин, – неуверенно продолжила я. – Так много всего интересного. Дорогие, наверное, вещицы, я думаю. Вот эта лошадка-качалка – она стоит, наверное, пару сотен, не меньше, да? Прелесть… – Мне необходимо было разговорить их, отвлечь на себя все внимание. – А что насчет этой вазы? Во сколько бы она обошлась, вздумай я ее купить? Э… она греческая? Римская? Или подделка?
– Нет. Позвольте мне кое-что вам сказать. – Джулиус Винкман неожиданно наклонился вперед и поднял свой волосатый палец так, словно собирался ткнуть им меня в грудь. Ногти у него на руках были такими же длинными и неровными, как на ногах. Меня обдало запахом мятной жвачки. – Это солидное заведение. Мы работаем для респектабельных покупателей. Малолетним нищим хулиганам здесь делать нечего.
– Понимаю, – охотно кивнула я. Проклятый Локвуд. В следующий раз пусть он отвлекает от меня внимание. – Всего хорошего.
Я двинулась к выходу.
– Погодите, – сказала миссис Винкман. – Вас было двое. Где другой?
– Убежал, наверное, – сказала я. – От испуга.
– Я не слышала дверного колокольчика.
Джулиус Винкман огляделся по сторонам. Шея у него была такой толстой, что для этого ему пришлось поворачивать весь торс от самых бедер. Затем он усмехнулся. Меня снова поразило сочетание женственных глаз и грубых черт лица.
– Тридцать секунд, – проворковал он. – Может быть, сорок. Затем посмотрим.
– Простите, не понимаю, – сказала я.
– Взгляни на ее руку, папа, – с жаром воскликнул парень. – Посмотри на ее правую руку.
Это меня удивило.
– Вы хотите посмотреть мои монеты? – спросила я.
– Не монеты, – ответил Джулиус Винкман. – Вашу руку. Ты славный мальчик, Леопольд. Давай показывай свою руку, лживая маленькая дрянь, или я сломаю тебе запястье.
Моя кожа покрылась мурашками. Я молча протянула руку. Он взял ее. Прикосновение мистера Винкмана оказалось на удивление мягким, почти нежным. Он поправил на носу пенсне и наклонился ближе к моей ладони. Провел по ней пальцами своей свободной руки.
– Так я и думал, – сказал он. – Агент.
– Я же говорил тебе, папа! – воскликнул Леопольд. – Я же говорил!
У меня на глаза навернулись слезы. Я сердито сморгнула их. Да, я агент. Я не имею права бояться. Я решительно отдернула руку и сказала:
– Не понимаю, о чем вы. Я пришла посмотреть на ваш дурацкий магазин, а вы на меня наезжаете. Пустите меня.
– Ты никудышная актриса, девочка, – сказал Винкман. – Но даже если бы ты была театральным гением, твоя рука выдала тебя с головой. Вот эти две мозоли на ладони. Они бывают только у агентов. Я называю их следами от рапиры. Появляются эти мозоли от постоянных занятий фехтованием. Ну? Скажешь, я не прав? Тогда подождем, когда появится твой дружок. Ждать осталось недолго. – Он взглянул на часы на волосатом запястье. – Полагаю… Да, пора.
За занавеской что-то вспыхнуло, раздался крик боли. В следующую секунду занавеска отдернулась, и из-за нее выскочил Локвуд с белым перекошенным лицом. Он прижимал к груди свою правую ладонь, кривился от боли и тяжело дышал. Затем медленно подошел к нам и остановился перед спокойно поджидавшим его Винкманом.
– Должен сказать, я был лучшего мнения о том, как здесь относятся к посетителям, – сказал он, взяв себя в руки. – Я просто заглянул в ту маленькую комнату, хотел посмотреть, что там, и тут раз! – удар электрическим током…
– Глупые дети играют в глупые игры, – сказал своим бархатным голосом Джулиус Винкман. – Куда ты пытался залезть, малыш, в бюро или в сейф?
– В сейф, – ответил Локвуд, приглаживая волосы.
– Сейф устроен так, что бьет электрическим током любого, кто притронется к нему, не отключив предварительно от сети. Такой же механизм встроен в бюро. Но ты напрасно тратил силы и время, мой мальчик, ничего интересного для тебя нет ни в бюро, ни в сейфе. Кто вы и на кого работаете?
Я молчала. Локвуд презрительно усмехнулся – это выглядело довольно забавно, если вспомнить, что он был в цветастых шортах и со слегка дымящейся от удара электрическим током рукой.
Миссис Винкман покачала головой. Сейчас, на фоне окна, она казалась еще выше, чем прежде, и загораживала собой почти весь свет.
– Запереть дверь, Джулиус? – спросила она.
– Разорви их на куски, – посоветовал Леопольд.
