Это воспоминание было из такого далёкого детства, что я даже сомневался, а не сон ли. Тогда родители были вместе. О разводе никто из них не говорил.
Отец всегда меня поддерживал. А мама читала нотации. Как хорошо, что всё это осталось в прошлом.
В чувство меня привели несильным тычком под рёбра. Не больно. Скорее, обидно и непонятно.
Так, где это я? Вспомнил. Я вместе с незваным гостем угодил в собственную ловушку. Теперь мы оба пленники моего колдовства. Замечательно.
А! Этот гад меня ещё и вырубить сумел.
Я резко сел, подогнув под себя ноги.
– Сейчас я кому-то…
Договорить я не успел, ибо меня перебили:
– Расскажешь, как выбраться из этой гадости.
Нет, ну точно! Знакомый голос. Только хрипловатый какой-то. Мой недруг простужен?
Выжидая, пока в голове стихнут колокола, я сидел, с минуту не двигаясь. Нет, сотрясение не заработал. Уже хорошо. А почему это мой гость не спешит нападать снова? То, что удар у него хороший, я выяснил.
Я поднял голову на фигуру в куртке. Глаза в темноте видели плохо. Свет не включишь. Заклинание не сотворишь. Не везёт.
– Тебе какого хрена в моей квартире понадобилось? – процедил я, потирая ноющий висок.
– Да так… – сухо ответили сверху. – Заблудилась.
– Заблуди… лась?
Мой враг – женщина? А по голосу и не скажешь. Хриплый какой-то.
Это что, я дрался с женщиной? Я? С женщиной? Какой позор на мою гордость. В детстве в меня очень хорошо вбили одно правило: девочек, девушек, женщин и старух бить нельзя. Ни в коем случае. Даже если это дочь самого страшного из демонов Ада.
– Ты идиот? Или я слишком сильно тебя приложила?
– Кто ты вообще такая?! – разъярился я. – Вламываешься в мою квартиру, пытаешься меня убить!
– А ты со своим дружком меня вообще убил! Да я тебя с лица Мироздания стереть готова, не то, что пнуть пару раз! – гость… гостья тоже разошлась не на шутку.
– Я тебя впервые вижу, психопатка!
– Сам ты психопат! Колдун вшивый!
– Да из тебя тоже колдунья так себе!
– Обрадовал! Мне ваши заклинанья вот уже где! – она провела пальцем над головой. – Силу приручили, а пользуетесь ею, как макаки! Гомодрил!
– Кто? – не понял я.
– Ты, говорю, гомодрил недобитый!
– Слушай, леди, – на меня накатил холодный гнев. – Или ты сейчас же рассказываешь, что ты тут забыла. Или будет хуже!
– Ах, так? Ладно! – она прокашлялась, от чего голос стал намного чище. – Как там моя подруга поживает? Не обижаешь Таню, Кощей Бессмертный?
Спиной я даже через теплую зимнюю одежду почувствовал холод стены ловушки.
– Роксана?
– Нет, мама римская! – Выплюнула она.
Передо мной на расстоянии всего лишь вытянутой руки стоял мой враг. Пожалуй, самый злейший за последнее время. Ангел. Та, которую я так жаждал придушить собственными руками! И чихать на вдолбленные в детстве моральные устои. На ангелов они не распространяются!
Пальцы невольно сжались. Я подался вперёд, но тут же взял себя в руки.
Хотелось бы её убить. Пока она передо мной. Пока её не защищает особая магия бессмертных…
Не выйдет. Даже без своей силы ангел остаётся ангелом. Бессмертным. Убить их, как показывает практика, можно только при определённых обстоятельствах, коих сейчас нет.
Но почему она бездействует? Я ведь тоже сейчас не колдун… Боится? Простой страх перед сильным мужчиной? Хотелось бы верить, но я себе не льстил.
– Повторю, ангел, зачем ты ко мне явилась?
