Габор взглянул на рыжего демона. Он все еще бежал к нему. Но движения выглядели медленными и размытыми. Габор ухмыльнулся. Конечно, куда ему успеть, каким бы старым он ни был. Ведь в самом демоне лишь его кровь. В Габоре же – дикая смесь сотен монстров.
Он легко увернулся от длинных когтей, направленных в лицо. Слух улавливал рев примитивных. Они впали в ярость. В безумие.
И их все еще было слишком много. А значит, ему нужна кровь древнего…
Габор поднырнул под лапы демона. Острые зубы клацнули в миллиметре от уха. Демон зарычал и все-таки умудрился дотянуться.
Его лапа достала до лица. Габор вздрогнул от боли. Но она ощущалась слабо, словно сквозь пелену. И это тоже было действием демонской крови.
К нему уже подбирались остальные. Спешили на помощь своему предводителю. А тот, который влез на макушку сосны, начал перебираться на ближайшие к дому деревья.
Пора уже кончать с рыжей мразью. Демон завыл, призывая остальных, и к Габору бросились еще два демона. Он едва успел увернутся от них.
У двери дома он был в ловушке, лишенный маневра. Но уйти означало открыть путь к Олесе.
Он позволил разумному демону прижать себя к двери. Не успел вовремя перехватить его лапу и получил удар в живот. Когти вонзились в руку. Кажется, демон пытался вырвать из рук саблю. Еще немного…
Демон отскакивал от клинка в последний момент, не давая себя задеть. Обострившееся зрение выхватило еще одного грязного монстра, тот примерялся к окну и пытался влезть в него. Отвлекшись, Габор пропустил еще одно нападение. Разумный всадил когти ему в грудь, словно пытался вырвать сердце.
За дверью послышался испуганный крик Олеси:
– Габо-о-ор!
Это привело его в чувство. Демон был достаточно близко. Снова и снова всаживал когти ему в грудь, забыв об оружии. Габор размахнулся, перерубая его пополам. На белый снег упали вишневые капли. Словно драгоценные камни рассыпались.
Демон закряхтел, разделяясь на две половины. Габор еще раз всадил лезвие в его тушу. На этот раз в сторону сердца. Сабля чиркнула о ребра, переламывая кости.
На несколько мгновений остальные демоны замерли, пораженные смертью предводителя. И этого времени хватило на то, чтобы рубануть грудь зверя еще раз. Габор запустил руку прямо внутрь, выхватывая сердце, выдирая его и выдавливая такой необходимый сейчас яд себе в рот. На язык полилась отравленная кровь. Обожгла горечью и привкусом тлена. Словно земля и тина набились в рот.
Габора едва не вывернуло наизнанку от такой концентрации. Густая маслянистая кровь прожигала небо. Но он заставил себя проглотить. Тело нагрелось, словно его сунули в горящую печь.
На теле выступила испарина. В мозгу билось лишь одно: убивать… Уничтожать… Он должен уничтожить всех. До единого. Каждого.
Как в Олесиной сказке…
Мысль о ней вернула рассудок. Габора выдернуло из черно-красной пелены. Лес больше не был бело-голубым от сумерек и снега. Он был бордовым – от крови. И темным – от ярости.
Но в холодном каменном доме оставалась Олеся. Женщина из другого мира, которая вернула ему жизнь. Сделала несбыточные мечты реальностью и вытряхнула из него десятки неизведанных ранее чувств.
Это все ради нее. Только для нее. Он не может впасть в безумие. Только не сейчас. Ведь впереди столько всего. Целая жизнь, которую он уже успел придумать. Картинки в воображении вспыхивали так ярко, что Габор начал убеждаться в их реальности. Словно все это происходило на самом деле. Как будто они уже были на берегу мора. Как будто он уже подарил ей серьги. Как будто она уже сказала, что любит его и хочет навсегда остаться рядом с ним.
Организм принял демоническую кровь. Ее отравляющая сила напитала его собственную. Теперь, смешавшись, она свободно циркулировала по организму. А мысли об Олесе очищали разум.
Габор понял, что окружен оставшимися демонами. Между ним и ими оставалась пара жалких шагов. Пока его разум и тело пытались справиться с такой дозой чистой крови, они подобрались почти вплотную и теперь готовились напасть.
Габор отшвырнул ногой истерзанное тело разумного демона в одного из примитивных. Теперь он выстоит. Сколько бы их ни было.
Олеся его. И он не отдаст ее никому.
Теперь на его стороне были сила и скорость. Даже один он мог выстоять против всех них. Нужно лишь сохранить ясность рассудка. Сознание ускользало, растворяясь в алом мареве. Демоны были целями, которые он должен уничтожить. И ему придется принять еще крови. На тот случай, если Крампус пришлет новых подручных. Но тело едва справлялось с этим количеством.
Тяжелое дыхание и четкий аромат женщины, испарины с ее кожи тонкой дымкой просочились сквозь поры, втекли в рот, скользнули в уши. Олеся… Разум ухватился за ее имя, как за якорь. Она не даст ему пропасть. Не даст.
Демоны бросились к нему, обнажая желтые зубы. Длинные грязные когти тянулись к лицу и груди. Каждый пытался достать, распотрошить и сожрать. В их нападении было только безумное стремление разодрать его на куски.
