Пока бил набат, замок казался ей огромным лабиринтом, слишком большим домом ее маленькой семьи. Уже на пороге Эдина почувствовала неладное – ее материнское сердце было трудно обмануть. Комната оказалась пуста, простыни не тронуты. Быстрее ветра она помчалась туда, где она должна укрыться вместе с женами и детьми мужчин, вставших на защиту границ. Она уже знала, что мальчиков нет и там. Вдруг ей вспомнились наставления матери о том, что леди не должна носиться, подобно скверному сорванцу, и горько рассмеялась – та ничего не знала о страхе.
В зале под сводами уже теснились женщины с младенцами на руках, дети постарше и немощные старики. Никто из них не видел ее сыновей.
Было шумно от слез и стенаний. Слуги рассыпались по замку, силясь найти пропавших, Эдина же вышла во внутренний двор, где сновали воины и крестьяне, готовые защищать город – все мужчины от совсем юных до старых опытных, чьи виски давно посеребрила седина. Во всей этой сутолоке леди Бранд была незаметна. Кто-то даже сбил ее с ног. Хрупкой женщине не было места среди воинов, ощутивших приближение боя. Ее супруг, возвышаясь над толпой, осыпал крепкими словами каждого, кто позволил себе растеряться в этой суматохе. Выглядел он устрашающе, словно старый северный бог войны.
– Кейрон! – закричала Эдина, разглядев массивную фигуру мужа у главных ворот.
Он обернулся, и быстрым шагом ринулся к ней. Никто не смел попасться на пути.
– Мальчики… Их нет в замке, – слишком кротко сказала она, но лицо ее мужа изменилось.
Он расслышал все. Его черты исказились гневом.
– О, святые небеса! Клянусь, я надеру этому разбойнику уши! Ему все сходит с рук!
Он говорил о Моргане. Замок Брандов помимо руалийцев преследовали и другие напасти. Среди них был и этот злосчастный мальчишка. Он уже вошел в ту пору, когда детство осталось позади. В нем можно было разглядеть мужчину, которым он станет через пару зим, но с его необузданным нравом мог справиться только сам Кейрон, достаточно устрашающий для подобного. Драчун и задира, Морган не слышал ничего, кроме грозного рыка того, в ком признал родного отца. Если покой замка нарушался чьими-то проказами, то виновник находился незамедлительно. Впрочем, мальчик никогда и не думал отрицать вины. Но что бы не выкинул этот сорванец, Эдина и Кейрон не переставали видеть в нем продолжение своего рода.
– Он не разбойник! Он твой наследник! Прикажешь пороть маленького лорда? – голос Эдины был полон отчаяния.
– Он никогда не примет мое наследие, если руалийцы насадят его голову на пику! Где могут быть эти треклятые мальчишки? Пусть только попадутся мне в руки!
Одному из них не доставало смиренности, второму – осторожности.
Аарон был ненамного младше Моргана. Они с самого рождения были разные как луна и солнце, и также неотступно следовали друг за другом.
Родной сын Кейрона – белокурый, с ясными глазами и точеными чертами лица, смекалистый и не по годам умный мальчик, – был красноречив и мог повести за собой толпу мальчишек. Он умел говорить так, что они стремились уловить каждое его слово, они не видели в нем ни грубой силы, ни удивительной ловкости и в то же время уважали его. Морган оказывался всегда на шаг впереди брата, но только из желания прикрыть его своим плечом.
Эдина не вслушивалась в гневные слова супруга. Она знала, как сильно он любит мальчиков, и что его сердце непременно смягчится в тот момент, когда он увидит их перед собой.
Неожиданно она разглядела у складов юношу, с которым часто замечала сыновей. Он был облачен в доспехи из грубой кожи и раздавал оружие ополченцам. Ей было известно, что он служил подмастерьем у своего отца и дни напролет ковал оружие и доспехи для знати, что сделало его выносливее и крепче ровесников. Эдина слышала, что он посватался к дочери богатого, крутого нравом купца, и что тот не спустил его с порога, и только теперь смогла поверить в эти слухи.
Она поспешила к нему – его дружба с мальчиками дала ей надежду.
Завидев леди Бранд, юноша передал оружие стоящему поблизости солдату и почтительно склонил голову.
– Может случиться беда, если ты не поможешь, – поспешно предупредила она.
Стейн, так его звали, с недоумением посмотрел на Керойна. Тот был разъярен и это казалось пугающе очевидным.
– Я сделаю все что угодно, миледи, – пообещал Стейн.
– Ты! – взревел лорд. – Ты дружен с ними! Где они могут быть, если не в замке? Говори!
Стейну пришлось запрокинуть голову, чтобы разглядеть лицо Бранда – тот был громаден, как каменный голем.
– Темное озеро, милорд, – смутное воспоминание, возникшее в памяти. Обрывки фраз из рассказов Моргана о том, как они с братом под покровом ночи выбираются из замка. Он думал, что мальчишки давно перестали убегать в лес, но они до сих пор оставались незамеченными.
Леди Эдина испуганно ахнула. Все жители Эстелроса обходили это озеро стороной – у его берегов кровь стыла в жилах и при свете дня.
– Найди их и пережди бой в лесу, – приказал Кейрон. – Вернуться в замок ты не успеешь.
– Но, милорд… Я должен сражаться!