— Мы обнаружили изгоя быстро, как и остатки этой жидкости. Нужно было спешить, ведь она двигалась быстро, а вне носителя долго не живет.
— Но это же живет.
— Да. Потому что запечатана, — она взяла одну из банок. — Если убрать крышку, — она сделала это. Жидкость поднялась к горлышку, но отпрянула, словно воздух был ядом.
Нейра подула в банку. Жидкость тут же застыла.
Я не понимал, что вижу.
— Я пытаюсь понять, правда.
— Голоса, — Нейра поджала губы, опуская банку со стуком. — Каждый говорил, что слышал голоса в голове, кто-то пытался ими управлять. Когда жидкость покидала их, голоса пропадали.
— Голоса. Живой металл. О чем ты?
— Точно… — тихо сказала Никс. — Когда я была маленькой, когда должна была появиться моя Метка, меня привели к старейшинам Шанкары. Они заставили меня выпить из металлического кубка. Было горько, внутри будто что-то двигалось, — она покачала головой, приоткрыв рот. — Потом мне позволили помолвку. Но были моменты, когда я слышала в голове голоса.
Айанна кивнула.
— Жидкость эту обнаружили только в тех, кто был из Великих семей. В других племенах никогда не говорили о голосах, об… — она указала на банки, — этом.
Я нахмурился так сильно, что заболела голова.
— Что эти голоса говорят им?
Никс подняла голову.
— Убить. Они говорят нам убивать.
— Нет, — сказал я со смешком, прижав пальцы к голове. Я не мог понять, что они мне говорят. Я слышал голос. Но жидкий металл, управляющий людьми? — Так вы не оправдаетесь. Неужели все убийства были, потому что… это так сказало?
Айанна опустила голову, поджав губы.
— Выслушай, Синн. Когда ты узнаешь все, то поймешь.
Удивление Никс сменила настороженность. Я вскинул палец, заметив ее удивление только теперь. Это казалось искренним.
— Хочешь сказать, что ты не знала об этом?
— Ходили слухи, но я не обращала внимания, — она поджала губы, хмурясь. — А ты задумывался, почему Великим семьям так важна чистота крови?
— Нет. Никогда, — я нахмурился. — Я едва слышал о таком. И никогда не видел. И, если вы забили, я Эль-Асим, один из Великой семьи.
— Ты это видел, Синн, — Никс гладила пальцами поверхность стола. — Просто не понимал. Ты не задумывался, почему Ино Нами так к тебе относится?
Я пожал плечами и покачал головой.
— Это было из-за моей Метки. Я поздно ее получил.
— Или почему в твое племя не пускали остальных. Позволяли только других Эль-Асим.
— Не всегда. Мы впускали Умира.
— Они схожи по крови, Синн.
Я понимал, но это только сильнее раздражало.
— Наша кровь смешана. Умира. Эль-Асим. Смешана. И это видно по нашим Меткам.
— Да, — Никс смотрела вдаль.
— Тогда как Эль-Асим и Умира пустили в Великие семьи, если там важна чистая кровь? — я взмахнул рукой. — Не знаю, к чему вы клоните, но это все явно не то.
Никс взглянула на меня, но словно не видела.
— Знаешь, как мы вас называли? Остальные Великие семьи? Шанкара, Ино, Лебланк, Бахрейн и Фурст?
Я закатил глаза.
— Оно мне надо?
— Поганой кровью, — Никс открыла рот и смотрела на потолок. — Так мы вас называли, смотрели свысока. Когда все собирались, вас не звали.
Собирались?
— Что? Великие семьи собирались, когда таял лед, чтобы освободить летаран.
Никс рассмеялась и помрачнела.
— Вас впустили, потому что ваши Метки были сильнее, чем у некоторых Семей. Но вы никогда не были одними из нас.
— Нас, — вся сила правды ее слов ударила меня по лицу. Я не мог игнорировать это. Слишком многое обрело смысл.
— Них, — язык Никс на миг показался между губ. — Умира и Эль-Асим были близко не из-за того, что вы хорошие, а потому, что вы были изгоями пятерки чистых. Они хотели силу ваших Меток в своих рядах. И все.
Я потер глаза. Все эти годы я думал… Я не знал, о чем думал. Мне было все равно. Фурсты и Бахрейны были уничтожены, когда я был маленьким. Вскоре участь постигла Лебланк, и я ничего не знал толком о Шанкаре. Их влияния на жизни я не видел.
А теперь они вернулись и объединились с оставшимися Великими семьями.
Айанна подняла руку, прикусив губу.
— Жрицы Таро обратили внимание на понимание природы Стрел.
Я вздохнул. Еще истории. Стрелы были, якобы, во всех сферах правления, общества, религий. Они искали власть. Управляли людьми, убивали лидеров. Когда отец говорил о них, я видел мурашки на его коже. Он участвовал в борьбе с ними.
— Да? Стрелы? Сейчас?
— Они были, Синн. Они были теми, кто создал Великие семьи, — Айанна взяла одну из банок. — Думай, Синн. Если они создали Великие семьи, если они основали требования о чистоте крови, не могли они дать им и это?
Я начинал понимать. Стрелы проникали в каждое сильное племя или религиозную фракцию, чтобы изменить мир. Это было во времена моего отца. Если они меняли мир, если все планировали до этого момента… Это ужасно трудно — спланировать все так тщательно. Должна быть причина. Я должен услышать, что за причины нашли Нейра или Никс, или Айанна.
— Отец говорил, что Великие семьи объединились, чтобы разрушить Священников и Стрелы.
Нейра кивнула, щурясь.
— Потому было сложно отследить Стрелы. Они действовали за другими.
За другими. Как матушка? Ею явно управляли. Через связь?
Никс потерла щеку.
