Хаджи приблизился, две металлические руки сияли голубым. Еще трое людей бросились к ногам чудища, в их руках были сияющие красные шары.
— Назад, — крикнула Джамила, побежав к лестнице справа. Вокруг меня все бегали, но я смотрел только на механическую штуковину перед собой. Она была сильной. Сильнее мое лавы, и это удивляло. Что в этом мире не тает от жара лавы?
Устройство взмахнуло другой рукой.
Я поймал ее хлыстом лавы, добавил силы, борясь с штуковиной одной лишь Меткой. Мышцы в теле напряглись. Я не мог растопить устройство. Как такое возможно?
Я скривился, борясь с весом штуковины. Я упал на колено и поднял голову к факелу.
— Идите, — шепнул я пернатым червям.
По одному они отпустили факел и полетели к чудищу. Они прилепились к его броне.
Хаджи остановился у ноги штуковины и прижался к ней сияющими руками.
Сияние поползло по броне чудища. А потом пропало.
Мои ноги дрожали от давления механического чудища. Потоки лавы поднялись над спиной и полетели к голове штуковины. Я знал, что за теми глазами нет человека. Голова была слишком маленькой, но там были сенсоры. Наверное. И камеры. Вероятно.
Я опустил голову и дал Метке свободу. Вокруг вспыхивали искры, покалывая мои голые плечи. Механическое чудище отпрянуло, подняв этим меня на ноги.
Хаджи полез по лестнице. Один из его скиттеров забрался на стену у головы монстра, что-то красное сияло в его руке.
Кто-то закричал внутри штуковины. А потом раздались и другие голоса.
Скиттер у головы чудища замер, а голова развернулась так, чтобы сенсоры улавливали звуки и картинку.
Я поднял голову. Металл стекал с одного глаза чудища, с других частей. Металл на руке не поддался моей лаве, но не пластины на лице. Я снова поднял хлысты лавы и ударил по голове, делая штуковину слепой, глухой и немой.
Внутри закричал ребенок.
Рыча, я переместил атаку на шею. Я впился лавой в шею устройства. Ребенок в голове поджарится, если я задержусь, а даже ребенок врага такого не заслужил.
— Хаджи! — крикнул я в микрофон у подбородка.
Я не знал, понял ли он, что я от него хотел. Я отпустил шею чудища от хватки лавы.
Скиттер на стене потянулся к голове и открыл дверцу в задней части. Огромные руки опустились на землю. Один кулак ударил по широкой платформе, другой под странным углом опустился на лестницу.
Мои хлысты лавы все еще обхватывали их. И я опустился на землю.
Боль вспыхнула в ногах, я плохо приземлился. Я крепче сжал сумку с червями и факел. Встав на колени, я посмотрел на устройство.
Тишина.
Камешек упал по ступенькам. Где-то.
Чудище не двигалось, оно обмякло, словно из него выкачали жизнь. Я с болью выпрямился и вернул лаву в тело. Ноги и спина дрожали от усталости.
Скиттер на стене держал в руках тело ребенка.
— Хаджи, мальчика отнесите Кили.
Скиттер Хаджи у ног чудища склонил голову. Скиттер на стене спускался. Хаджи прижал механические руки к грудной пластине устройства. Синее сияние появилось в трещинах брони, покрыло его.
Люди со щитами спрятали сияющие красные шары в сумки на спине.
— Нужно кого-то внутрь этой штуки, — приказал я в микрофон. — Яд воздушных медуз еще там, будьте осторожны.
— Да, адмирал, — ответил мужской голос.
Джамила вернулась ко мне, глядя на механическое чудище.
— Теперь я понимаю, зачем ты взял зверинец.
— Они дают нам жизнь, — сказал я, красные пернатые черви вернулись к факелу, теперь они казались синеватыми, ведь выпустили часть яда. — Но они не безвредны.
Она склонила голову, глядя на червей.
— Всегда помни, — сказал я тихо, — они выбрали союз с нами. Если бы они выбрали иначе, плохо пришлось бы нам, а не им.
Она посмотрела на меня с уважением в темных глазах.
Уважением ко мне или к тем, кто жил рядом с нами. Я не знал. Но мне было все равно.
Пора забрать город Плерон.
Никс открыла дверь и выглянула в холодный и тихий коридор.
Никого.
Она вернулась в комнату, дверь за ней закрылась из-за наклона корабля. Она схватила свою самодельную сумку и закинула на плечо. Она не помнила, когда жила так бедно, как у Синна и его людей. Они относились к ней, как к рабыне.
Она понимала, почему они хотели наказать ее за поступки. Теперь они начинали понимать, что у нее на то были хорошие причины, и теперь они закончат то, что она начала.
Кашлянув, она замерла, слушая, вдруг за ней пришли.
Никого.
Хорошо.
Она плохо знала корабль, хоть и убирала на борту, но Синн строго запретил ей ходить в определенные части корабля. А ей нужно было туда, потому что там могли быть двери, чтобы она сбежала.
Все так просто? Он искушал ее? Играл с ней?
Она шла по коридору, направляясь к первому месту, куда ее не пускали. Она была тут, пока ее не выгнали, как ребенка. Он называл это место зверинцем, название было понятным. Здесь у него были животные и растения, что помогали кораблю выживать.
Если бы она хотела ему навредить, можно было отравить его летаран. Это не сложно. Добавить немного серы в его воду.
Но где ей взять серу? У нее тут не было слуги, что дал бы ей яды и вещества.
Не важно. Она могла сбежать, пока на корабле никого не было.
